— Никто никогда не пробовал, — с сомнением ответил лавэ. — Зачем? Одежда из такой ткани все равно не защитит от нгурула.
Дураку понятно, что не защитит. Там такие челюсти — МЧСовские штуки, которые арматуру коцают как спагетти — мелочь и пустая забава! Если уж на зуб к нгурулу попадешь, наверное, ничто не защитит — если не перекусит, то раздробит-расплющит. Непрокусываемый материал Олю интересовал не для защиты. Фрисби! Сделать летающую тарелку-игрушку не проблема. Пять-шесть кусочков плотной ткани и твердеющая смола, делов-то. А форму подскажет Пашка. Он же у нас собачник. В том, что подобие эпоксидки в этом мире найдется, Ольга не сомневалась — мебель покрыта лаком. А в остальном — магия в помощь, раз уж приходится считаться с этой антинаучной пакостью.
С нежданной прогулки Раим возвращался озадаченным. В бестолковой беготне за предметом, который Оля называла мячом, что-то было. Мальчик упоенно играл со щеной, но делал это как-то со смыслом. Да, он выполнит невысказанную просьбу Ольги и найдет того, кто заговорит на прочность все, что они с Павлом попросят. Раим поймал ускользающую мысль — веселое развлечение было тренировкой. Непонятно, на что направленной, но тренировкой. Как только выпадет минутка, он поговорит с мальчиком. Свежий взгляд на их методы не помешает.
Глава 16. Вечер удался, а вот утро
Раим не ждал ничего хорошего от грядущего дня. Совсем ничего. Разве что развлечься за счет Свапа. Маленькая нгурулочка открыла в свирепом вожаке бездну терпения и такую же бездну… Раим не знал, как обозначить это ощущение — ворчливости, что ли. Ну, насколько может быть ворчливым существо, в принципе не говорящее. Сейчас Свап изнывал от нетерпения так же, как и его маленькая подопечная, — они ждали, когда Ольга закончит разговор и пройдет к ним в вольер. Лавэ спешил добраться до вивария к этому моменту. Уж очень хотелось ухватить кусочек незамутненной радости малышки и удовольствия шипастого друга. Ради этого стоило встать пораньше. Раим даже себе оправдание измыслил — обещанный фиал для сбора яда. Знала бы Ольга о стоимости посудинки — пожалуй, и принять бы не согласилась. Хотя нет, одернул себя генерал, подумала бы и согласилась. Этот фиал — не какая-нибудь рядовая алхимическая склянка. Тонкостенный сосуд из особого очень прозрачного небьющегося стекла. Широкогорлый, чтобы легко добраться шпателем до густого содержимого, и с отлично притертой пробкой. Тонкостенность и прозрачность важна для оценки качества сырья на глаз. Опытный зельевар сделает это легко.
Вчера, сразу после расставания с помощницей, попечитель добросовестно лег спать. Ложился с легким сердцем и недурно выспался, как будто впечатления о развеселом внеплановом выгуле нгурулов ослабили, пусть и на время, удавку ответственности, затянувшуюся на его горле.