Я же наконец остановился и, опираясь на посох, начал пытаться отдышаться. Зараза, спортсмен фигов, дожать-то дожал, но ещё минут пять — и сам бы прилёг отдыхать просто потому, что сил не осталось совсем. Уворачиваться от заклятий на пистолетной дистанции — это всё-таки развлечение на любителя.

Пока я сдабривал матом свои ошибки и боролся с лыбой, наползающей на морду (потому что всё-таки удалось вырвать победу из пасти поражения), Токмар подошёл к ученику, положив ему руку на лоб. Целительная магия быстро привела парня в чувства, Байлион открыл глаза и тут же услышал:

— Ну как ощущения?

— Дрянь, — лаконично ответил он, щурясь от закатного солнца.

Сдаётся мне, у кого-то тут сотрясение мозга, и это для разнообразия не я. Однако парень всё-таки приходил в себя и спустя секунду выдавил: — Но жить точно буду.

— Ну раз так, то доставай мешок и собирай руду, — проворчал побратим филина.

— Мог бы и помягче, — рассмеялся на это Корнегур.

— Не лезь, тут и без сопливых скользко, — фыркнул Токмар, запуская руку в свою кладовку на Зелёном Пути и доставая небольшой деревянный ларец. — Держи свои Лунные лилии.

— Приятно иметь с тобой дело, — расплылся в улыбке зелёнобородый друид, открыв крышку и осмотрев луковицы.

— Что на следующий год ставим? — поинтересовался северянин.

— Ничего не ставим, готов мой ученик. И так больше трёх лет прошло, — развёл руками мой наставник, припрятав выигрыш. — Да и твоего пора на свою дорогу отправлять, парень застоялся.

— Ничего, ещё годик ему на пользу пойдёт, — не согласился Токмар.

— Дело твоё, — равнодушно пожал плечами Корнегур, а потом повернулся ко мне, проговорив: — Подойди.

— Похоже, всё заканчивается? — улыбнулся я.

— Так и есть, — кивнул он. — Впрочем, если притащишь что-то интересное в подарок старому учителю, гнать в шею не буду.

— Кто бы сомневался, — хохотнул я на это.

— Ладно, хватит болтать, — махнул друид рукой. — Этим днём я призываю в Круг Матери-Природы новую душу и ручаюсь за неё своим словом. Клянёшься ли ты идти Зелёным Путём, не сворачивая?

— Клянусь, — коротко отозвался я.

— Клянёшься ли ты наставлять на нём других честно и без лжи?

— Клянусь.

— Клянёшься ли ты беречь наш мир ото всякого зла из-за кромки?

— Клянусь.

— Три клятвы произнесены, три слова сказано, — ударил посохом о скалы Корнегур.

— Свидетельствую в том, — повторил его жест Токмар.

На несколько секунд повисло молчание, после чего я поинтересовался:

— Это всё?

— А ты хотел длинную вычурную церемонию со всенощным бдением? — рассмеялся мой уже бывший наставник. — Оставь это всяким идиотам, что любят прятать за мишурой суть. Наш древний ритуал прост. Я как учитель считаю, что ты готов. Токмар засвидетельствовал, что ты поклялся идти Зелёным Путём. А больше ничего и не требуется.