— Я не справлюсь, — голос девочки дрогнул. — У меня самый простой наговор сбивается, а тут…

— А тут как раз проще, поверь, — улыбнулся старик. — Начни читать любой наговор на разговор с ним, и он ответит, сам… А потом, пока вы с ним будете выяснять, кто в чем прав или виноват, я придержу охотника, облегчим задачу Олегу. Поняла?

Настя кивнула, и Богша, довольный таким ответом, оглушительно свистнул, шустро для своего возраста бросившись в сторону Третьяка. Тот как раз выбрался из облака муки и пытался дотянуться до так и не успевшего оторваться от него Олега. К счастью, опытный Богша успел вовремя — плеснув водой из фляги, он, словно забыв о своем возрасте, кувырнулся в воздухе над только что созданной лужей и через мгновение, превратившись в крупного черного тура, с разгона врезался в волколака, сбивая его в сторону.

«Круто! — выдохнула про себя Настя. — Вот это концентрация! Несмотря на идола провести такое превращение. Недаром, этот Богша в свое время с конунгом ходил…»

— Девочка, наговор! — крикнул Богша, снова принимая человеческий облик и выдергивая Настю из завороженного наблюдения.

— Силы Яви и Прави, будьте свидетелями и помощниками! — молодая ведунья достала булатный нож и прикрыла глаза, представляя прямо перед собой идола и стараясь не думать, каким изможденным был наставник Олега после одного-единственного превращения. Этак они и на самом деле без нее не справятся. — Как люди говорят друг с другом, так и я обращаюсь к тебе, ворон Велеса! Чти Договор, заключенный между Навью и великим князем, прекрати поддерживать беззаконие в Приграничье! Взываю к тебе, ворон Велеса!

«Не мешай, девочка, — таинственный шепот раздался словно бы в голове Насти. — Приграничье — территория Нави, смирись с этим!»

— Как Явь, Навь и Правь способны договориться, так и я, ведунья Даждьбога, предлагаю тебе перемирие, ворон Велеса! — продолжала маленькая ведунья, хотя от голоса идола у нее душа уходила в пятки.

«За кого ты вступаешься, девочка? — продолжал шептать ворон в ее голове. — За детей Яви или несущих в себе печати?»

Настя повторила наговор с перемирием, затем еще раз, не обращая внимания на шипение идола, и краем глаза увидела Богшу, который схватил две пригоршни земли, воздел над собой руки и прокричал:

— Мать сыра-земля, помоги детям своим, задержи навье отродье, как я удерживаю часть твоего тела!

И в ту же секунду, едва Богша сдавил куски почвы в своих ладонях, Третьяка словно бы кто-то схватил за ноги. Он споткнулся, чудом удержав равновесие, затем снова дернулся, с силой потащил правую ногу, будто вытаскивая ее из болота…