В ЦК СПР избрались (голосовали сразу списком): Седов — председатель, его заместитель Дыбенко, глава секретариата — Покровская, председатель редколлегии газеты «Социалист России» Каменев, а также Урицкий и Чичерин. Ещё в состав ЦК вошёл Антон Петрович Подвойский, на съезде не присутствовавший по причине ранения.

Это был самый маленький по составу ЦК партии, зато с гарантированным большинством у Седова при любом голосовании. Верный Антон ещё не вернулся к работе, находясь в госпитале, но был близок к выздоровлению.

После обеда, питательного и обильного, депутатов растащили на кучки — по губерниям, по профессиональным группам. Казаки, к примеру, никак не желали бы соединяться с крестьянами, ещё вчера — сторонниками эсеров. Гвардейских офицеров из Ораниенбаума никак было невозможно усадить за один стол с матроснёй, и не нужно.

Седов обходил каждую группу, никого не оставил без внимания, разбрасывался щедрыми посулами, порой совершенно исключавшими обещания, данные другой группке. А ещё выяснял ситуацию и давал деньги — по несколько тысяч на каждое минисообщество.

— Лёня, зачем? — шепнула Ева, на минуту застав его одного. — Так от привезённых тобой завтра не останется и половины… Ты хочешь купить всех этих людей? Не все же продажные…

Светлые глаза революционерки часто-часто моргали ресницами: хлоп-хлоп-хлоп. В эсеровской среде она жила идеалами, Седов же оказался совершенно иного сорта и склада.

— Кого нельзя купить за деньги, дорогая, тот продастся за большие деньги. Ульянов и прочие подонки Церетели только знают обещать молочные реки в кисельных берегах. Я сразу перехожу к главному и вручаю пачку ассигнаций. Девиз нашей партии: «меньше слов, больше дела». Все устали от говорильни, от бедности, от страхов вроде твоего любимого «чёрного автомобиля»… Не бойся, я нам ещё один чёрный добыл, большой, ждёт за Смольным в сарае. В общем, верь: за мной пойдут.

Как пошли бы 1996 году, но тогда избиратели сплотились вокруг Ельцина, лишь бы не выбрать Зюганова и не допустить реставрацию КПСС. А после… нет, со следующим товарищем конкурировать бесполезно. Здесь же нет достойных соперников. Джугашвили-Сталин? Но он ещё не дорос, не расправил крылья, чтоб стать великим. А крылья-то и подрезать не помешает.

Работа с делегатами продолжалась и 2 июня, иногородние начали разъезжаться, вдохновленные идеей объединения и шелестом ассигнаций, кроме оставшихся ради заседания 1-го Съезда Советов. Он открылся в здании 1-го кадетского корпуса на Василевском острове, и уже регистрация принесла сенсацию, а Седов впервые ощутил, что меняет историю, досрочное выселение благородных мамзелей из Смольного — не в счёт. Он помнил, что из тысячи с чем-то делегатов около восьми сотен заявили о партийной принадлежности, и где-то две трети партийцев — меньшевики и эсеры, сотня с хвостиком большевиков, остальное — мелкотравчатые и беспартийные. Сейчас случилась беспрецедентная вещь, Каменев, Фрунзе, Урицкий и ещё два десятка делегатов объявили о двойной партийности — РСДРП(б) и СПР! Причём общее число ставших под знамёна социалистов-центристов на две дюжины превзошло ленинцев.