— Слушай, может, и спину мне помнёшь?

— Болит?

— Видимо, с мышцами что-то. Много сижу.

— Тогда снимай одежду и ложись на лавку…

Марфа ничего не смыслила в массаже. Раньше. Но Андрей её немного подучил, так как очень его любил. И раньше регулярно посещал эти процедуры. Вот она изредка ему и помогала в тихой, интимной обстановке.

Дети их уже легли спать. Марфа их уложила в соседней комнате. Так что им никто не мешал, и массаж плавно перетёк в нечто большее. Андрей расслабился. Потом разогрелся. И пошло-поехало…

— Ещё один день прошёл, — тихо прошептала Марфа, когда они уже закончили и лежали, прижавшись друг к другу. — Твои враги ведь никуда не делись. И они явно взялись за тебя очень крепко.

— И что ты предлагаешь?

— Ты ведь догадываешься, кто это?

— У меня нет доказательств.

— И что? Неужели ты не можешь их отравить или как-то ещё сгубить?

— Они простые исполнители.

— И что? Они у тебя под боком. Избавься от них и вздохнёшь свободно.

— Милая, повторяю, они простые исполнители. Не будет их, будут другие. Этих я хотя бы знаю.

— Много тебе это пользы приносит? Сегодня травят тебя, а потом кого? Меня с детьми? Просто, чтобы насолить тебе.

— Ты думаешь?

— А почему нет? Воду отравят, и мы все её выпьем. Мы ещё можем пережить, а дети? Да и, если их убьют, ты наломаешь дров. Подставишься.

Андрей не стал отвечать. Задумался.

— Я думаю, что нужно резать всех, кто угрожает тебе и до кого ты можешь дотянуться. Не ждать, когда он ударит первым. Или травить. Ты ведь много про яды знаешь. Сам же говорил. Зачем так рискуешь?

— Боюсь реакции Царя. Я не знаю, кто заказчик. Возможно, он так меня проверяет.

— С ума сошёл? — ахнула Марфа-Алиса. — Я видела вашу переписку. Он в тебе видит друга. Возможно, единственного друга, с которым он на одной волне. А ты — проверка. Иоанн, судя по твоим же словам, безгранично одинок. Не только из-за того, что Царь, но и из-за интеллектуальных особенностей. Таких интеллигентов ещё поискать. Ему интересны упражнения в словесах и мудрствованиях. Он с огромным интересом старается узнать что-то новое. И обсудить всё это. С кем ему ещё это делать? Уровень местных бояр да князей ты лучше меня знаешь.

— Может быть…

— Что может быть?

— Иоанн вырос в условиях, когда нужно притворяться, чтобы выжить. И демонстративно дружить.

— И что?

— Я не знаю, что у него в голове и что ему болтают обо мне. Понимаешь? В своё время Стилихон был чуть ли не вместо отца императору Гонорию[1]. Но тот усомнился в его верности из-за болтовни завистников и приказал казнить.

Марфа замолчала.

И тут они услышали какой-то шум на улице. Едва различимый.