Стас видел и слышал больше, чем когда-либо хотел, но всё многообразие сенсорной информации ничуть его не беспокоило и не смущало.
Рождение живого святого Императора сопровождалось таким количеством энергии, что у напавшего демона не было ни шанса на то, чтобы уцелеть.
Внезапно всё тело парящего святого напряглось, когда одна мысль наконец-то дошла до его разума.
«Святая Целестина… Вроде так её звали? И она воскресла? То есть смерть для живых святых может с первого раза и не сработать».
Глаза живого святого начали испускать всё больше и больше энергии варпа, пока окружающая камера трескалась и лопалась от хлынувшей вокруг психической мощи. Рухнувший поток раскололся надвое, обходя пылающую божественную фигуру.
Сияющий нимб раскалился так сильно, что любой, кто долго бы на него посмотрел, ослеп.
Наконец копящаяся ярость выплеснулась наружу в виде расходящегося во все стороны золотого купола, пробившего себе ход до следующего этажа. Вокруг падали многотонные обломки, но Стаса это не волновало.
Куда важнее был его громогласный крик, от благозвучности и святости которого хотелось расплакаться и встать на колени для молитвы:
«Император, СВОЛОЧЬ! Забирай свой подарок обратно!»
Стас был зол. Даже не так. Он чувствовал чистую, раскаленную ярость, которая омывала всё его существо теплыми, накатывающими объятиями. Хотелось окончательно отбросить разум и самоконтроль, чтобы просто плыть по реке чистого насилия.
Всё усугублялось ещё и тем, что новую сущность Ордынцева буквально корежило от запаха и эманаций сущностей хаоса.
Чувствовать их энергию своей кожей было подобно опусканию руки в теплый, гниющий раствор, смешанный из разлагающейся, перегнившей пару недель человеческой плоти и содержимого общественной выгребной ямы.
Его сущность была практически парализована бешенством от осознания того, что столь мерзкие и порочные существа посмели прорваться в реальный мир.
Взглянув на состояние Стаса, можно было бы сделать вывод, что новые чувства были злонамеренно привиты мужчине, во вред его характеру, но в реальности всё было несколько сложнее.
Передавший «подарок» Император, был очень осторожен, не желая, чтобы на голову его тела на Золотом троне внезапно и совершенно случайно упал потолок или какой-нибудь космический корабль, вроде линкора.
Он предоставил свою силу и позволил избраннику пройти перерождение, но в отличие от обычного максимально ограничил своё влияние. Впрочем, даже в обычном случае влияние Императора было не таким уж и большим. Он выбирал тех, кто и так был ему верен от и до.