- Что… Что ты несешь?! – рядом раздался полузадушенный хрип. Джеймс словно сервитор повернул голову и увидел глупо разевающего рот священника. – Вы мятежники! Какой Император?!
- Адмирал! – уже собравшийся что-то сказать Джеймс отвлёкся на дикий крик ещё одного подчиненного. Последний был явно в раздрае, так как его глаза были совершенно безумными. – Посмотрите на эти показатели звезды, адмирал!
Нахмурившись, Смола так и сделал. И чем дольше он смотрел, тем бледнее он становился.
- Не может быть. – помертвевшими губами выдавил он, после чего обессиленно рухнул в своё кресло.
Ведь если верить датчикам, то судя по изменениям в звезде Армагеддона, с момента их погружения в варп прошло минимум несколько сотен лет.
И если вновь вспомнить слова Генриха Краудмура, то, о чём истово мечтали все жители Империума, наконец-то произошло.
У Империума вновь был Император.
Вот только ирония была в том, что с возвращением Императора, эклезиархии по какой-то причине не нашлось места в его Империуме.
Рядом раздался гулкий грохот. Судя по звуку, священник изволил рухнуть в обморок.
Удивительно, но в запасниках Кровавых ангелов нашелся алкоголь, который подходил для хрупких человеческих тел.
Сам разговор происходил внутри вытянутого красного бронированного штаба, десантированного прямо с орбиты. И хоть любое пространство в подобном месте было строго систематизировано, но для разговора Данте с лидером малого Крестового похода место быстро нашлось.
Иронично, но если бы кто-то имел возможность посмотреть на эту встречу, то он нашёл бы забавным положение Стаса. Из-за того, что всё внутри штаба было рассчитано на размер космических десантников, то «стул» был очень высок, из-за чего ноги Святого так и не доставали металлического пола, а поверхность стола наоборот была слишком высока, из-за чего создавалось впечатление, что Станислав не взрослый человек, а ребёнок. Усиливалось это впечатление и когда они шли, а мимо проходили закованные в броню ангелы Императора.
- И всё же очень трудно поверить в вашу историю. - покачал головой снявший шлем Данте.
Стас с интересом взглянул на лидера ордена. Лицо командора было противоречивым. Если смотреть чисто физиологически, то его возраст колебался около сорокалетней отметки, однако абсолютно белые, седые волосы, расположившиеся тут и там морщины и жуткий, слишком глубокий взгляд буквально кричали, что этому человеку намного больше лет.
И человеку ли? Даже если отбросить все те улучшения, которым подвергнется в прошлом испытуемый. Можно ли назвать человеком того, кто прожил более полутора тысяч лет?