Клубившаяся вокруг энергия ВА-А-АГХ начала рассеиваться и орки дрогнули. Лишившись лидера, некоторые из отрядов, разворачивались и бросались прочь, и глядя на них, к ним тут же присоединялись и другие, что повлекло за собой цепную реакцию повального бегства.
Силы людей были изрядно потрепаны, но они отнюдь не отказали себе в удовольствии преследовать и расстреливать в спины бегущих ксеносов.
И хоть ругающаяся на чём свет стоит одинокая фигурка на гибельном клинке и приказывала орочьему танку вернуться, но последний, развернувшись и развив приличную скорость, оперативно уносился прочь.
Станислав ещё не знал, что вернувшийся к Газгкуллу мекбойз танка босса, дабы хоть как-то оправдать в глазах великого босса их позорный провал, в красках придумает красочную историю противостояния и схватки храброго генерала «юдишек» и ныне покойного Кривого зуба.
В конце концов, найти новых гретчинов куда проще, чем объяснить могущественному варбоссу, что ты нечаянно задавил одного из его больших боссов.
История же неизвестного мека ещё широко разойдется среди множества орков галактики и все они ещё узнают о «Святом юдишке, каторый храбрый пряма, как настаящий бойз.
Святая Терра. Величественный, возвышающиеся на многие километры вверх святой храм экклезиархии. Это место было одним из нескольких центров всей веры в Бога Императора по всему человеческому пространству.
Именно здесь заседал один из нескольких лидеров церкви, кардиналов.
Джованни Митрессо, так звали хозяина этого величественного дворца-храма и правителя раскинувшейся на множество систем религиозной империи.
Трудно даже представить всю ту полноту власти, что была заключена в руках этого суховатого и уже изрядно древнего старика. Ведь хоть технологии омоложения и позволяли таким людям, как он раз за разом оттягивать приближение смерти, но в какой-то момент даже искуснейшие технологии не могли скрыть печать времени на их лицах.
Джованни со вздохом подписал очередной сверхважный лист и отставил его в сторону. Митрессо до безумия хотелось закончить на сегодня с делами, но он прекрасно понимал, что в связи с ежегодной проверкой приходов, ближайший месяц ему будет не до отдыха.
«Вот она, ирония», - с сарказмом подумал Джованни, откидываясь на своё роскошное, больше похожее на трон кресло. Последнее мгновенно изменило свою форму, дабы сидящему было максимально удобно: «Так долго добиваться места кардинала, терять по пути друзей и последователей, чтобы по итогу всё равно оказаться заваленным работой. Есть в этом что-то неправильное. Если окажется, что у экклезиарха работы ещё больше, чем у меня самого, то я, может, и откажусь от его кресла».