— Добрый день, Леночка, — проворковал Андрей. Дождался, пока блондинка к нему повернется, и тем же мурлыкающим тоном поинтересовался: — Шеф у себя?

— Привет, Андрюш, — секретарша улыбнулась и заговорщицки прошептала: — У себя. Такой злой, ужас просто, — тут она заметила меня и моментально приняла деловой вид. — Девушка, а вы по какому вопросу? Вам назначено?

— По личному. Константин Александрович меня ждет.

— Представьтесь, пожалуйста, — официально попросила блондинка.

— Владислава Юрьевна Метельская.

Лена быстро подошла к массивной двери из черного дуба, переступила порог и бодро отрапортовала:

— Константин Александрович, к вам госпожа Метельская, — вернулась в приемную и пригласила: — Прошу, Владислава Юрьевна.

— Благодарю, — не мешкая, я вошла в кабинет Росса. Нашла глазами Костю: тот сидел за рабочим столом. — Привет, — поздоровалась тихо.

— Привет, — ровно ответил барон. — Проходи, садись, — он указал на стул для посетителей.

Я села и положила руки перед собой на столешницу, разглядывая хозяина кабинета. И о какой злости упоминала секретарша? На лице Росса не отражалось ни единой эмоции. Страстный, ласковый мужчина, с которым я провела волшебную ночь, походил на каменного истукана.

Отчего-то занервничав, облизнула губы, потерла ладонью шею.

— О чем так срочно хотела поговорить? — безэмоционально спросил Костя.

Сглотнув ком в горле и справившись со странным волнением, я твердо сказала:

— Ты приезжал к моей наставнице, у вас с ней речь шла обо мне. Я могу приказать Раисе, и она расскажет все, но хочу услышать это от тебя.

Росс пошевелился в кресле. Не отводя от меня нечитаемого взгляда, холодно заговорил:

— Десять лет назад мой род безжалостно истребили, не пощадив даже грудных детей. Я искал того, кто это сделал. Удалось установить, что убийца — двойная звезда, одна из пяти, но кто именно, узнать не получилось. Светлакова предложила мне выбор: ты или месть. И мы заключили договор: в обмен на имя я ухожу из твоей жизни.

Сердце пропустило удар. Тьма внутри застонала, рванулась к мужчине. Сохранить самообладание получилось лишь неимоверным усилием воли.

— И что ты выбрал?

— Разве не очевидно? — голос Кости замораживал. — Привязки больше нет. Ты можешь жить как пожелаешь.

Душа скрутилась в тугой узел. Господи, я ведь и не подозревала, что Костя стал настолько мне дорог!

Но этого я никому не покажу.

Гордо выпрямив спину, уточнила:

— Когда снимешь охрану?

— Хоть сегодня, — обронил Росс и небрежно пожал плечами.

— Мне нужно несколько дней на подбор замены.

— Конечно. Держи воинов сколько потребуется. Дать номер охранного агентства?