Я проследила, как тонированное стекло поднялось, откинулась на спинку сиденья, прикрыла глаза. Вопросов задавать не пришлось. Росс мало того что подтвердил все подозрения, еще и наконец-то рассказал свой настоящий план.

Что ж, пора признать — данный мужчина хронически использует меня вслепую. И принять это сложно. Где-то внутри ворочалась жгучая обида, хотелось стукнуть кулаком по столу, устроить хороший скандал.

Слава богу, я себя контролировала. Да и здравый смысл никуда не исчез: воплями делу не поможешь, да и, кроме отношений с Россом, есть о чем подумать. Вряд ли тем, чтобы я во время дуэли оказалась без артефакта, заморочились князья. Этого желал кто-то другой. Но вот кто — ни малейшего представления.

Час от часу не легче.

Но главное — теперь я отчетливо понимала, что у Константина из-за интереса ко мне в ближайшем будущем появятся проблемы. Москвичи просто так дело не оставят. Конечно, род Росс силен, но выстоит ли барон против пятинеприкасаемых родов? Была бы его женой — однозначно. А так… Константин Александрович реально рискует очень и очень многим. Да вот только согласие на брак дать ему не могу, хоть тресни! И причина, как по мне, более чем очевидна: Росс не воспринимает меня полноценной личностью.

Как там заявляла разлюбезная графиня Пожарская? Я всего-навсего племенная кобыла? Похоже, Костя думает так же.

До боли закусила губу и вдруг почувствовала нежное прикосновение. Спрятав мою руку в своих ладонях, барон глухо спросил:

— О чем думаешь?

— О тебе, — не сдерживаясь, очертила пальцем волевую скулу мужчины. Грустно улыбнулась, а после, не отводя взгляда, уверенно сказала: — Ты считаешь, что все делаешь мне во благо. Переубеждать не стану. Боюсь, красноречия не хватит. Но я хочу перерыва в нашем общении.

Лицо Росса моментально превратилось в каменную маску. Спустя томительно долгую паузу он спросил:

— Что за глупость? — плотно сжал губы и через секунду заявил: — Проблемы день за днем будут лишь увеличиваться. Одна не справишься.

— Вот в этом-то и основная сложность, — увидев недоумение на лице Кости, гордо подняла подбородок и холодно пояснила: — Я не маленькая инфантильная девочка и не собираюсь притворяться. Мне не нужна нянька. За меня нет необходимости думать, — ощущая, как вновь зашевелились раздражение и обида, не удержалась и уколола: — Строить планы и ставить в известность постфактум ты отлично умеешь, но меня такое положение дел не устраивает. Ошибаются все люди, и, давай честно, сегодня твой план частично провалился. Даже не зная его, я, к счастью, смогла вывернуться. А сумею ли завтра? Не уверена.