И все же нам могло еще повезти. В царящей вокруг неразберихе был шанс проскользнуть незамеченными, покинуть негостеприимный дом, отыскать дорогу к постоялому двору и там спокойно решить что делать дальше. Но тут откуда-то сверху раздался ушераздирающий вопль. Видимо, кто-то из тех, кто остался на втором или третьем этажах понял, что нас нет и вряд ли вернемся. Надо ли уточнять — радостным крик не был. Разумеется, нас заметили. Все головы повернулись в нашу сторону. Не скажу, что получилось синхронно, но вполне себе выразительно.
— Это все из-за них! — патетично воскликнула Ася и ткнула в сторону нашей колоритной троицы указательным пальцем с ярко-красным острым ногтем чтобы ни у кого не осталось тени сомнений из-за кого у нее проблемы в жизни.
— А не чего гостей всякой гадостью опаивать. — парировала я. — И смени маникюршу. У тебя лак наложен не ровно, а ноготь на указательном пальце слишком скошен влево. Смотреть противно.
— Просто ужас. — выразила редкое единодушие Норандириэль.
— Как вообще такой кошмар на руках носить? — с недоумением развел руками Акиэль, едва не заехав лютней Норандириэль по носу.
Только хорошая реакция принцессы спасла породистый профиль от кардинальных изменений не в лучшую сторону.
— Они еще и оскорбляют? — разобиделась в ответ на критику мадам. — Так и будете подпирать стены? В кандалы их! — это уже стражникам.
Дело принимало неприятный оборот. Оказаться в местной тюрьме не хотелось даже больше, чем объяснять Шигу, где обещанное вино. Я затравленно посмотрела в сторону выхода. Стражу возле двери не миновать. Из оружия у нас одна лютня на троих. Не отмахиваться же ею от вооруженной стражи. С моими клинками Ася вряд ли расстанется добровольно. Да. В помещении есть окна. Но на первом этаже предусмотрительная владелица заведения установила решетки. Оставалось либо вернуться на второй этаж (и попробовать спрыгнуть с риском переломать конечности), либо дождаться серьезно настроенной стражи.
— Интересное дело. — гордо подбоченилась я. — Нас опоили, обобрали…
— Изнасиловали, — вклинился романист, густо покраснел, потупился, шмыгнул носом и уточнил. — Ну-у-у, почти.
— Убью!!! Убью всех!!! — донеслась чья-то угроза сверху.
— Вот. Физической расправой, между прочим, угрожают. — Многозначительно добавила я. — И ни чем-нибудь, а убийством.
— Так еще ж не убили. — философски изрек сержант. — А коль за жизнь боязно, пойдемте с нами в тюрьму. Там решетки толстые. Вы посидите. Мы — покараулим.
Предложение звучало разумно, но все равно не вдохновляло.
— Даже проводим. — продолжил сержант. — Со всем уважением.