— Согласна. — кивнула я чтобы ни у кого не оставалось сомнений, что обеими руками за внезапно организовавшийся совместный досуг. — Будем тренироваться. Проведем время с пользой.
Еринэль бросил на меня понимающий взгляд. Этот похоже тоже предполагал, что за словом «тренировки» кроется планомерное чередования акробатических упражнений и поз в любезно предоставленной дриадами комнате. И это при том, что благовоспитанным эльфам полагается скромно навещать своих жен раз в месяц, чисто для зачатия породистого наследника. Меня окружают одни маньяки.
— Дались тебе эти тренировки. — скептически фыркнул «брат». — Ты только приехала, даже не отдохнула, не смыла дорожную пыль и сразу в бой? С чего такое рвение? Лорд Виллэль, скажите хотя бы вы ей.
— Любая женщина в состоянии решать за себя что ей следует делать, а что нет. — вклинилась одна из дриад, следующих за нами.
— Нам самцы не указ. — поддержала ее другая.
Вот она, женская солидарность. Впрочем, эльфы дружно пропустили слова дриад мимо ушей.
— Лорд Еринэль, — насмешливо протянул муж, — вы слишком давно не видели сестру и явно успели позабыть особенности ее характера. По моему опыту, если Вероника что-то задумала, лучше дать это сразу. Иначе она все равно заполучит желаемое, но процесс будет стоить вам много сил и времени, не говоря уже о нервах.
— А ничего, что я здесь? — обиженно напомнила о своем присутствии я и попыталась пнуть ногой в голень Виллэля для особой доходчивости.
Поднаторевший в общении эльф не только легко увернулся, но и галантно подхватил под локоть чтобы не упала. Еринэль же пинок прозевал, охнул и болезненно поморщился.
— Действительно давно не виделись. — резюмировал он, украдкой потирая пострадавшую конечность.
А как он думал? Воссоединение семьи иногда проходит болезненно.
Нас разместили в комнате самого большого особняка в центре города. Жилье с ванной комнатой и довольно просторным, если вы не собираетесь держать в нем боевого кота. Но Тиграш был, а места под него не было. Пришлось отвести его в местную конюшню, куда определялись на постой животные гостей. Тигров там правда не было, зато имелось несколько ящеров и даже злобно косящийся на всех левбай. Он был в узде, ему это не нравилось, но Виллэль оттащил меня в сторону раньше, чем я успела мысленно взобраться на баррикады и устроить проповедь на одну из тем: «Только абсолютно конченые гады так жестоко обращаются с животными» или «Горите в аду, грязные живодеры».
Тиграш совершенно не хотел оставаться и даже не посмотрел на приличный кусок говядины в миске. Я долго прощалась с ним, гладила умную морду, чесала за ушами, целовала в нос, нежно ворковала: словом, утешала как могла. Еринэль не выдержал душещипательного прощания и раскланялся, сославшись на какие-то важные дела, но горячо заверил, что непременно присоединится к нам позже. В какой момент исчезли шедшие позади нас дриады, так и не поняла. Да и они меня не особо интересовали. Ладно. Не интересовали вовсе. Осталась только янтарноокая брюнетка. Она и повела нас к месту тренировки, легко и плавно передвигаясь по переплетенным между собой ветвям исполинских раскидистых деревьев, словно шагала по асфальтированному тротуару. А меня высота откровенно нервировала. Трудно не смотреть вниз, когда вынуждена ставить ноги на пусть и довольно широкую, но все же ветку. И тут же высота цепляет твой взгляд, завораживая головокружительной перспективой свободного падения вниз. Сердце отчаянно трепещет и почти млея от ужаса невольно представляешь — а как это? Как это будет, если сорвешься с такой высоты?