— А говорил, у Кабана бабки.

— Так я у него тиснул по-тихому. Думал, сделаем дело — потом поделюсь. А то вдруг бы он меня кинул. А теперь, блин… Кабан подумает, что это я его кинул. Ноги мне переломает. Если найдёт…

— И правильно сделает, — хмыкнул я. — Зачем тебе ноги? Главное — чтоб уши целы были. Пока.

Мы вышли на улицу и сели в машину. Не одни, конечно — Веню усадили на заднее сиденье, руки в хомутах за спиной. Грач врубил музыку, вывел звук на задние колонки — чтобы наш разговор не слышали.

— Что с Кабаном будем решать? — спросил Руслан.

— Путь пока бегает… Официально ментов вызывать не будем. Ты ему лапу порезал, отписываться придется, еще докажи, что он первый напал. Найдем позже и спросим за все.… Это явно не люди Валета, не его уровень — с такими любителями дела иметь.

— Есть мысли, кто мог этих клоунов подослать? — спросил он, не глядя на меня.

— Есть, — кивнул я. — Щас разыграем партейку. Убавь-ка музон и отъедь за гаражи.

Я автоматически говорил с ним, как со старым знакомым. Грач молча кивнул и плавно вырулил из двора.

Внедорожник остановился в темноте под гаражами — серые коробки-боксы прятались за домом, как нелегалы от миграционки.

— Ну-ка, Венька, — я пересел назад. — Сейчас сыграем в театр. Ходил в детстве в кружок театральный?

— Не-а…

Он от меня сильно не шарахался, но всё же к сиденью поплотнее прижался.

— Ничего. По тебе видно — артист от бога. Минаев отдыхает. Смотри, вот реплика, — я вырвал листок из блокнота, нацарапал фразу и сунул под нос.

Блокнот и ручка у меня всегда с собой — старая оперская привычка. Бумаге я больше верю, чем всяким цифровым заметкам, докам в облаках и прочим гуглам.

— Прямо так и говорить? — удивился Веня.

— Слово в слово. И на голос жути наведи, понял? Если нормально отыграешь, «Оскара» не дадим, но, может, отпустим.

— А бабки? — прищурился Венька. — Вернете?

— Ты посмотри, артист, блин… Хитрый, как Чубайс, — хмыкнул я. — Ничего не получишь. Незаконно добытые средства изымаются и переходят в фонд борьбы с преступностью.

— В какой фонд? А разве есть такой?

— Есть. Вот он, — я хлопнул себя по нагрудному карману.

Расцепил ему руки. Набрал нужный номер. Когда на том конце щёлкнуло соединение, протянул Веньке телефон:

— Давай, пошёл. И смотри мне…

— Алло… — хрипло проговорил Пианист. — Это… Мы тут переборщили с этим малахольным. По ходу, боты завернул. Надо бы доплатить. Я с его трубы звоню, ага, взял с тела… Жду в «Металлурге», ну, который массив гаражей за трамвайной линией. Второй ряд. Вези бабки. Ещё — два раза по столько. Или мы к ментам пойдем.