Мы тронулись.

А девица уселась, морщила носик, тыкала коготком в айфончик, хмурилась при каждом толчке «Газели».

Я глядел на это шоу и думал: а как она, например, зимой, при минус двадцати, в гараже, полном хлама, где-то на отшибе висельника отрабатывать будет? Ладно, не будем раньше времени наговаривать, может, специалист она толковый — посмотрим.

Потом, как велено, мы заехали за кинологом в кинологический Центр МВД. Пёс весёлый, лохматый, видно, что любит по происшествиям кататься, всё лучше, чем в вольере прозябать. Влетел в салон, всех облизал, хвостом обхлопал. Живой, жизнерадостный.

— Фу-фу! — протянула следачка, прижимая сумочку к себе. — Уберите от меня это!

— Здравствуйте… Мухтар, — гордо пояснил кинолог.

Парень молодой, и в одно мгновение сам залип на грудь следачки.

— Вера Игнатьевна, — сквозь зубы представилась в ответ та, не отрываясь от экрана телефона.

— Нет… — смутился парень. — Это пса Мухтар зовут. А я… Я Федя.

— Всё равно, — махнула рукой Вера Игнатьевна и погрузилась в пиксели.

То ли чат читала, то ли лифчик заказывала.

Доехали быстро. Новознаменск — город немаленький, но обеденные пробки ещё не начались, а утренний час пик уже спал.

«Газелька» проехала во двор пятиэтажки. Панельный муравейник, серый, неприметный, со старыми козырьками, как и большинство таких. Балконы только все до единого застеклены, не как раньше.

У подъезда — инспектор, старший из «гонорейки» с сигаретой в зубах. Поза расслабленная, но с виду бдительный.

— Что у нас тут? — спросила следачка, вылезая с трудом. Юбка стесняла движения, пришлось ей приподнимать её пальцами.

Инспектор тихо присвистнул, любуясь на следственный комитет, сдвинул фуражку на затылок и ответил:

— Там… ножевые. Наглухо, ага. Судмедэксперт уже в квартире.

— Личность установили? — деловито вступил в разговор Шульгин.

— А чего её устанавливать? — пожал плечами инспектор. — У себя в квартире убит. Гражданин Харитонов Роман Андреевич.

— Так. Роман Харт? — переспросил Шульгин, прищурившись.

— Чего? — напрягся инспектор, сдвигая фуражку с затылка обратно на лоб. Будто движение фуражки активизирует извилины.

— Да ты что. Под ником Роман Харт видосы пилит, — блеснул мажорной эрудицией Шульгин.

— Не знаю, как его там в интернете зовут, — пожал плечами инспектор. — По паспорту Харитонов.

Ага, ясно… я пожевал губу. Интернет-персона. Значит, дело будет непростым.

А Шульгин важно расправил плечи, довольный собой — мол, смотрите, вот он, настоящий сыскарь, не то что всякие…

При этом покосился на следачку, явно ждал от нее восхищения, но та уже шагала к подъезду по ступенькам, как по собственному подиуму, виляя на автомате бедрами. Абсолютно не вслушиваясь в его оперативные изыскания. А он старался. Ведь только он один знал погоняло покойника — Роман Харт.