Следуя чуть позади лейб-майора по длинным коридорам, Кетана задумалась о том, что, если Леша погибнет там на планете, возможно, это будет к лучшему. И сама испугалась собственных мыслей, сердце сжалось, а грудь прострелило душевной болью.
Сложившаяся ситуация изрядно трепала нервы простым сокланавцам, да и будущее ей сейчас казалось туманным. Вся эта история с созданием империи и союз с землянами, по ее мнению, были утопией, существующей лишь в воображении Алек Сея. Весь ее жизненный опыт кричал, что подобный союз не жизнеспособен, а ее, в первую очередь, волновала судьба клана.
За долгие годы противостояния с правящей семьей, список ее родственников свелся практически к нулю. Она и ее дети — единственная надежда клана на существование. Но, несмотря на это, долгое время она существовала лишь мыслями о мести убийце матери и не задумывалась о будущем. Леша же ворвался в ее жизнь и перевернул все с ног на голову. Ненависть к Великой матери и ее цепной псине Линаре никуда не делась, но как-то поблекла и ушла на задний план. Казалось, с ее глаз спала пелена, и на первое место вышли совсем иные проблемы.
Сразу после отказа в ритуальном поединке она сказала себе, что просто убьет его при первой же возможности, и тем самым решит все проблемы. Найти предлог для схватки не проблема, косого взгляда иногда достаточно. Но поединок Алек Сея в храме меча показал, что выйти победителем в схватке с ним не так-то просто. ПСИ-способности тут не помогут, а боец ее Леша не из последних. Да и поняла она, что просто не сможет своей рукой оборвать жизнь того, кто заполнил собой пустоту в ее душе, образовавшуюся после гибели матери. С удивлением она осознала, что ей плевать на репутацию, традиции и подобную чепуху. Единственное ее желание — быть рядом с этим мужчиной. Его мимолетная улыбка, на обезображенном шрамом лице, вгонявшая недругов в ужас, растекалась теплом в ее душе. Ей хотелось свернуться клубком на его коленях и предано щекотать его щеку своим хвостом.
Когда они добрались до Земли, и Леша узнал о гибели семьи, он резко замкнулся в себе и отстранился, с головой погрузившись в собственное горе. Эти несколько дней показались ей адом. Душу разрывала тоска и боль от горя любимого, но она просто не знала, как ему помочь. Не было у нее подобного опыта общения. Все же культура землян сильно отличалась от того, к чему она привыкла. Когда она уже готова была сорваться в пучину отчаяния от осознания собственной беспомощности, в ситуацию вмешалась рыжая.
Мысли о Лиске вызывали двоякое чувство. С одной стороны, она испытывала к девушке благодарность. Устроенная рыжей помощницей сумасшедшая попойка, плавно перешедшая в еще более сумасшедшую ночь, встряхнула Алек Сея и заставила вынырнуть из раковины собственных переживаний. Утром он явно испытывал стыд за произошедшее между ними, но именно эти эмоции заставили его внутренне собраться и с головой окунуться в работу.