И попробуй поймай их всех потом в ночных лесах имперской глубинки. Вот и приходится пользоваться тем, что сейчас они бегут к одной цели, на вершину горы.

Но вот настал момент, когда врагов стало больше, чем я мог достать разом физически, и поэтому я на бегу взмахнул руками и шепнул, — скачи.

Сгустки Тьмы отделились, и по обе стороны от меня мелькнули два черных ушастых существа. И еще до того, как сердце отбило второй удар, существ стало четыре, а потом восемь… на десятый удар их количество вдвое превышало число «бегунов» в лесу, но этого я уже не видел.

Теневые Кролики — зверьки не только плодовитые, но и чертовски быстрые. Но главный мой расчет был на их пугающие кроваво-красные провалы вместо глаз, которые в покрытом тьмой лесу будут особенно заметны.

Бойцы из Кроликов нулевые, но их цель на сегодня — это напугать и заставить бегунов двигаться туда, куда мне нужно.

И когда через десять минут я нагнал сгрудившуюся в нестройную шеренгу дюжину бегунов, я улыбнулся. К этому моменту сотни кроваво-красных кроличьих глаз устрашающе мелькали по обе стороны, а ветер завывал душераздирающим стрекочущим клацаньем маленьких зубок.

Не сбавляя ход, я повел рукой, и Теневые Кролики исчезли.

Красные фонари смерти вокруг пропали, а лес накрыла тишина, в которой я услышал лишь облегченные вздохи дюжины людей.

Людей, которые подумали, что опасность их миновала, но уже спустя две минуты лежали колонной трупов, достойное сопротивление из которой смог оказать только последний.

Ну как сопротивление… он взмахнул в мою сторону копьем.

Все верно.

Копьем… На бегу… В кромешной тьме леса…

После чего неудачливый атлет ожидаемо цепанул древком камень, запнулся о корень и напоролся подбородком на наконечник своего же орудия и повис на нем безвольной куклой.

Я даже с бега сбился от столь виртуозного самоубийства и потому не сразу заметил мелькнувшую в просвете опушки спину самого крепкого из бегунов, на которого я изначально возлагал самые большие надежды.

А когда я его заметил, то было уже поздно. Голубая вспышка рассекла тьму леса, и голова крепыша слетела с плеч и скатилась аккурат под ноги парнишки в белом костюме.

Парнишка смотрел прямо на меня, его глубокие голубые глаза искрились молниями, а в руках отливало грозой лезвие изогнутого клинка.

Все-таки на пути к вершине он меня опередил. Что ни говори, а Макс был чертовски шустрым и когда был серьезен, то выделялся даже среди быстрейших представителей своей стихии.

А сейчас Макс был серьезен. Нет, его лицо было типично беззаботным и улыбчивым. Выдавали серьезность парня именно его излишне напряженные и сосредоточенные глаза.