По инерции собственного удара, дворянина повело вперед и влево. Он с трудом удержал равновесие. Сделал два неловких шага, застыл на месте.

Все призывники удивленно уставились на меня. Очередь тихо заговорила робкими шепотками:

— Ты видел, как он быстр? Прямо-таки нечеловечески!

— На княжича пошел. Храбрый…

— Родовой войны не боится.

— Какая тут война? Если разбираться, Балконский сам виноват.

— А как его зовут? Что-то лицо не знакомое.

— Это оскорбление, — гневно выдохнул княжич, — оскорбление чести рода!

— Я вижу тут единственный повод твоему роду оскорбиться, — холодно проговорил я, — это неумелый рукопашный бой в твоем исполнении.

В несколько дворян в очереди прыснули. Кто-то тихонько хохотнул.

— Кто смеялся?! — княжич обернулся, обвел всех, — кто смеялся, я вас спрашиваю! Всех поджарю… — зашипел он и принял позу вытягивания магии. К пальцам из воздуха потянулись огненные хлопья.

— Ну, княжич, ну что вы...

— Полегче…

— Если у вас спор, прошу, выйдете на улицу и там…

— Заткнуться всем! — заорал княжич.

Я ухмыльнулся. Использование магии без разрешения на территории военной части или военного комиссариата — это преступление, которое карается уголовной ответственностью. Сынок только что нажил отцу нехилых проблем. А что касается отношений между дворянами, согласно Императорскому Указу, в армии, при отбытии воинской повинности, используется не гражданская трехступенчатая субординация, а армейская, по званиям. Любые дуэли запрещались, а их проведение каралось по закону (хотя я уверен, что их постоянно проводили тайно).

С этой точки зрения, находясь здесь и сейчас, мы с княжичем были в равном статусе — призывники. Хотя, конечно, его положение поможет ему занять более высокое звание и быстрее двигаться по службе. Но сейчас это не имело значения.

— Попробуешь воспользоваться магией, — я исподлобья заглянул ему в глаза, — и к утру окажешься за решеткой. Никакого тебе полка чистильщиков. Только отцовские передачки с олениной и кубинским табаком.

На мгновение в его глазах блеснула нерешительность. Однако, княжич быстро подавил ее, набычился сильнее.

— Зато ты, — начал он сквозь зубы, — останешься валяться тут жаре… — он недоговорил.

Заметив, что магия больше не липнет к его рукам, княжич растерялся. Стал нервно водить взглядом от одной ладони к другой.

— Что такое, — я ухмыльнулся, — ты перенервничал?

Пока высокородный гневно фыркал, болтал со мной и грозно таращил глаза, я поочередно усмирял вокруг всех ифритов, которые давали ему магическую силу. В его собственном кителе жил Ифрит Сильной Спеси. В брюках — Ифрит Самоуверенности. Вокруг были и другие, поменьше. Но магия тянулась к нему в основном из этих. Я обрезал канал.