— Не узнают, — я сдвинул брови, мы переглянулись, — если им никто не скажет. А если скажет, то очень пожалеет.

— Это угроза? — скрипнул капитан.

— Нет. Добрый совет.

Он не ответил, только засопел.

— Когда поможешь мне с накладными, не шляйся по территории. Иди обратно в корпус. Почему-то, у меня такое чувство, что ты обязательно попадешь в какую-нибудь передрягу.

Обратно в корпус я, конечно не направился. Пошел к Ограждению, которое серо-стальной стеной высилась поодаль от корпусов снабжения.

В гарнизоне царило оживление. Офицеры, с очень напряженными лицами ходили туда-сюда. Унтера, чуть ли не бегом носились всюду со срочными донесениями, заданиями, поручениями, и всем прочим, чем начальство может загрузить подчиненных.

Все спешили, суетились и бегали. И только простым солдатам, казалось, вся эта суета была по нраву. Вон там, у конюшни, расслабленно болтали рядовые из роты снабжения. Часовой, у барбета Ограждения, совсем не по уставу, поставив автомат к стене, (но так, чтобы его можно было легко вскинуть обратно), прислонился к ней и лениво курил.

Простолюдинам сегодня было вольно. Озадаченные приездом Великого Князя офицеры, попросту о них забыли. Представляю, какой вой поднимется, если князь обратит на это внимание. Однако, это был благодатный момент для того, чтобы я мог совершить задуманное. А задумал я подняться на стену, и всего-навсего посмотреть на то, как выглядит Поле. Если я окину его ифритным зрением, уже смогу составить некоторое впечатление.

Хотя то обстоятельство, что курсант шляется по Ограждению, явно вызывает вопросы. Но тут, в случае чего, я смогу прикинуться дурачком и сказать, что заблудился.

— Простите, господин, но не пущу. Можете меня хоть, прямо тут поджарить, а приказ не нарушу.

— У меня поручение от капитана Палицкого для старшего офицера артиллерийского расчета, — солгал я первое, что пришло в голову, — срочное.

— Помилуйте, великодушно, — солдат-простолюдин в чине ефрейтора, решительно помотал головой. Он охранял вход на широкую железную лестницу, которая бежала вверх, к боевому ходу Ограждения, — но без прямого приказа начальника караула не могу вас пропустить. Простите.

— Ладно, — задумался я, тронул подбородок, — начальник твой, наверняка бегает где-то по случаю проверки.

— Так точно, господни.

— Хорошо, — вернусь с разрешением, — снова солгал я, для пущей правдоподобности и пошел обратно, вдоль стены.

У толстого и округлого барбета, на котором высилась та самая башня от линкора, разместилось несколько лифтов: массивный грузовой, для боеприпасов и поменьше, для личного состава. У подъемника, лениво покуривая, стоял часовой.