Охранник показал пальцем на основное здание. Артур усмехнулся — Хмельницкая вызвала в бассейн, а тут прям в дом приглашают. Он подьехал к парадной лестнице, поставил мотоцикл возле статуи какой-то безрукой женщины, слез, подошел к дверям. Те гостеприимно распахнулись.
Пожилой дворецкий в ливрее принял у Артура куртку, сдержанно поклонился, проводил в небольшую гостиную, выдержанную в фиолетовых тонах. По стенам стояли удобные кресла, в центре — стол на четыре персоны.
— Викентий Павлович примет вас через двадцать минут. Желаете что-нибудь?
— Чай, — кивнул Артур, усаживаясь за стол. — И сьесть что-нибудь, только что из ресторана, голодный жутко.
Дворецкий понимающе кивнул, и через минуту буквально принес чашку с дымящимся чаем и тарелку с пирожными.
— К сожалению, что-то более серьезное нужно готовить.
— Нормально, — Артур взял с тарелки корзиночку с взбитыми сливками, оценивающе оглядел. — То что нужно, спасибо.
— Могу я что-то еще предложить?
— Нет, — гость покачал головой, — этого вполне достаточно.
Дворецкий беззвучно удалился, оставив Артура наедине со сладостями. Тот вздохнул — на такой диете и поправиться недолго. Слизнул сливки с кусочками малины, откусил песочную основу. Камеры, сколько их тут, шесть или семь, снимали каждое его движение, не стоило разочаровывать тех, кто наблюдает, странный посетитель — лишний стресс для ни в чем не повинных работников.
Ровно через двадцать минут в фиолетовую гостиную быстрым шагом вошел сухощавый старичок с выцветшими глазами, в свободном кардигане и широких брюках. Остановился рядом с отложившим последнее пирожное юношей.
— Я могу подождать, — покачал головой старик. — Доешь.
— Спасибо, господин Майер, я уже сыт. Так отчего такая срочность, ваше сообщение застало меня врасплох.
Майер укоризненно нахмурился, мол, что ты там на себя наговариваешь, приглашающе взмахнул рукой.
— Пройдем в мой кабинет, там гораздо удобнее.
29
Старик и юноша сидели друг напротив друга в широких невысоких кожаных креслах, с резными ножками и обтянутыми кожей подлокотниками. Стол в таком же стиле разделял их.
Старик заговорил первым.
— Эти чиппэндейловские кресла я купил после первой крупной операции, за десять тысяч пара. И рука не поднимается их поменять.
— Понимаю, — юноша кивнул головой.
— Я знаю, что это сделал ты, — Майер немного наклонился в сторону собеседника. — И Жору, и Петра, и племянницу мою. Все думали и думают, что это Толя Громов. Но Толя мертв. Так ведь?
— Зачем вы меня позвали? — не отвечая на вопрос, спросил в свою очередь Артур.
— Я не хочу ждать, — Майер поморщился. Сухая кожа на его лице сложилась в глубокие морщины. — Не знаю, зачем ты здесь, но ты явно убиваешь тех, из-за кого умер Анатолий. Мы все виноваты, пятеро, кто-то больше, кто-то меньше. Ты читал роман «Граф Монте-Кристо»?