— Боюсь я его, — внезапно призналась Елена Александровна. — Не человек он, дьявол.
— Ладно, — Марина отодвинулась от стойки, потянулась. — Пойду, поговорю с твоим чертиком. И вообще он симпатичный, я под это дело пообещаю ему чего-нибудь. Пусть и не сделает, так хоть на мотоцикле своем покатает.
— Вот потаскуха, — сплюнула старшая медсестра, убедившись, что Марина достаточно далеко отошла.
Артур на удивление легко согласился.
— Значит, говоришь, шрам надо снять? — он вытащил из пачки сигарету, прикурил, отдал Марине. — Ладно.
— Что, вот так просто? — хирург затянулась, растеряно поглядела на медбрата.
— Ну да. Чего тянуть-то. Я думал, Елена ко мне подойдет, а она вон тебя прислала. Говорю же, сделаю. Только это будет наш маленький секрет, сама понимаешь, стоит слухам по больнице пойти, и тут около меня очередь образуется, а я такие вещи не то, что по нескольку раз в день — не каждый день могу делать, это какой расход духовной энергии получается. Неделю буду восстанавливаться.
— Я тебе помогу, — Марина игриво улыбнулась, толкнула парня бедром. — Если на мотоцикле покатаешь.
— Отчего же не покатать, — Артур улыбнулся в ответ, приобнял женщину за талию, легко прижал, благо в курилке никого кроме них не было. Та подалась в ответ навстречу, тяжело задышала. — Ладно, пойду, проведаю нашу Машу-суицидницу, пока она государственные лекарства попусту не извела.
— Иди, иди, Кашпировский, — Марина посмотрела ему вслед, вздохнула, затушила сигарету. Достала телефон, набрала сообщение, скривилась, лучики морщин возле глаз появились и почти пропали.
13
Маша восприняла приход Артура настороженно, и в то же время с надеждой — не иначе как Павел к ней его послал, извиниться. Правда, за что извиняться Павлу, девушка сформулировать не смогла бы, но точно знала, что есть за что.
Медбрат меж тем прикрыл за собой дверь, сел около кровати, с улыбкой посмотрел на Машу. Молча. Первые несколько секунд это просто раздражало, а потом стало безумно злить.
— Ну что еще, — девушка не выдержала, нервно дернула рукой.
— Дело есть, — сделал серьезное лицо Артур, — на сто рублей.
Не дождавшись ответа Маши, продолжил.
— Ты когда-нибудь думала о самоубийстве?
— Что⁈ — девушка чуть не вылетела из кровати.
— Спокойно. Я не просто так пришел — люди волнуются, что ты руки на себя наложишь.
— С чего это? — Маша демонстративно скрестила эти самые руки на груди, уперлась взглядом в точку на стене.
— Ну, мол, братец мой дурак, пришел, посмотрел на некрасивую девушку, а та его любит.
— Ты бы не лез не в свое дело, Артур, — Маша в упор поглядела на парня, — и вообще иди, успокой своих людей, ничего я делать не собираюсь.