Кортеж вьехал на обнесенную бетонным забором с колючей проволокой территорию, застроенную типовыми трехэтажными зданиями, и остановился возле одного из них. Пассажирская дверь отворилась, все тот же мужчина сделал приглашающий жест рукой. Артур легко выпрыгнул на асфальт, посмотрел вокруг. Никто в него не целился, как явно, так и издалека, снайпера до трех километров он бы вычислил. Зашел в большой холл, там порученец, майор с рядом планок на левой груди, провел парня в большой кабинет с высокими потолками.

Обстановка кабинета была не слишком официозной. В комнате вместе со столом для совещаний присутствовал разожжённый по погоде камин, рядом с которым стояли три кресла. То, которое ближе к двери, пустое, во втором сидел генерал Сельчинский, в третьем — отец Никодим.

Артур, ни слова не говоря, уселся в свободное кресло, протянул руки к огню. Родная стихия, словно почувствовав, качнулась в его сторону.

— Ну, молодой человек, — Иван Иванович широко улыбнулся, изображая радушие, — вы нас удивили.

— Чем же? — Артур покосился на молчащего отца Никодима, улыбнулся в ответ.

— В вашем возрасте — и такие таланты. Внучка Майера нас поразила, совершенно здоровый ребенок, и это с таким-то диагнозом. Мои специалисты не верят, что излечение вообще возможно. И ее врачи, они ведь и вправду ничего не помнят, память вы им качественно подчистили. У вас большое будущее, молодой человек, не буду преуменьшать — такой талант стоит дорого, и мы готовы сделать для вас многое, очень многое.

— Например? — Артур наклонил голову чуть влево.

— Это мы обсудим дополнительно, — уклончиво ответил Сельчинский. — Но поверьте, вы не пожалеете. Сначала пройдете небольшое обследование в нашей клинике, знаете, каждый такой случай уникален, и ваш бесценный вклад в науку…

— Нет.

— Что — нет? — опешил Сельчинский.

— Нет — значит нет, — терпеливо обьяснил Артур. — Я не буду с вами работать.

— Вы, наверное, не понимаете, кого я представляю, — генерал выпрямился, холодно посмотрел на молодого человека, — давайте я представлюсь. Иван Иванович Сельчинский, генерал-лейтенант Федеральной службы охраны Президента Российской Федерации. Мы занимаемся вот такими талантливыми в особой области людьми, и вы не первый, с кем мы сотрудничаем. И в ваших же интересах, молодой человек, быть в рядах нашей службы. Родина, — тут генерал посмотрел на портрет гаранта, висящий возле камина, — нуждается в вас. Я понимаю, что юношеский максимализм не дает вам возможности оценить ситуацию, просто скажу, что вы будете работать с нами. Не хочу угрожать, но одиночки в нашем мире, а особенно такие, как вы, не выживают.