Если подвести итоги, то Голицыну грозило до двух лет условно и штраф до пяти тысяч рублей. Ну и ещё — несмываемый позор, потому что эта история, без сомнений, не останется незамеченной СМИ. Завтра все жёлтые газетёнки и журнальчики в красках распишут, как Голицын пробрался в поместье Ломоносовых, вынес всё, что плохо лежало, включая паркет и плинтуса.

Так что я покидал полицейский участок в прекрасном расположении духа. Когда проходил мимо ломбарда, на секунду мне в голову пришла шальная мысль — сдать Раковину подешёвке, чтобы Голицын гонялся за ней по всей Российской Империи. Но я передумал. Не может быть, что Раковина настолько… бесполезна. Если Голицын лично заявился в мой дом, чтобы её украсть, она явно имеет для него огромную ценность. И едва ли как памятная вещица. Этот артефакт скрывал какую-то тайну. Уверен, когда-нибудь я её разгадаю. А пока… просто спрячу в укромном месте до лучших времён.

Кристина, Егор и Саша уже телепортировались обратно, в Краснодар. Всё-таки им завтра рано вставать на занятия. Мне вообще-то тоже не помешает появиться в Академии, но… Кто сказал, что я не появлюсь. Вопрос — в каком состоянии. Очень сонном и печальном, потому что ночью я не собираюсь спать — самое время познакомиться с Ронинами! Они меня заинтриговали. Хотя бы потому, что в интернете о них было очень мало информации — обрывки, догадки и домыслы. Официально их не запретили, но и Академия, и «СиДР» недолюбливали Ронинов. Мягко говоря.

Я вытащил визитку, которую мне вручил Василь, и набрал номер, напечатанный на ней с двух сторон. Длинные гудки, сброс на автоответчик, и приятный женский голос говорит: «К сожалению, мы не можем сейчас ответить. Пожалуйста, перезвоните». Ну, как пожелаете. Я сбросил звонок и набрал номер заново. И продолжал это делать, пока наконец не раздался щелчок, а следом за ним — строгий баритон:

— Слушаю вас?

— У самурая нет цели, только путь, — отчеканил я.

— Ваше имя?

— Марк Ломоносов.

Баритон замолчал и через несколько секунд настороженно протянул:

— Простите, господин Ломоносов, но наша организация больше не нуждается в ваших услугах.

— Так дела не делаются, — укорил я. — У вашей организации семь пятниц на неделе. Разве так можно? Ваши ребята едва меня не покалечили, так хотели привлечь в ряды Ронинов. А вы сейчас буквально посылаете меня на три весёлых буквы. Не надо так. Из-за вас я расстроюсь, впаду в депрессию и натворю глупостей.

— Вы нам угрожаете? — уточнил Баритон и быстро добавил: — Не понимаю, о каких Ронинах вы ведёте речь.

— Хорошо, понял. Вы хотите поиграть в прятки, — усмехнулся я. — Что ж, считаю до пяти, не могу десяти… Раз, два, три, четыре, пять, иду Ронинов искать!