— Как-то это не по-человечески, — пробормотал один из мужиков, стрельнул у водителя сигарету, закурил и глубоко затянулся.

— Двух зайцев одним выстрелом, — равнодушно бросил другой и повернулся к тёмной фигуре, которая застыла у буханки, со стороны переднего пассажирского сидения: — Командир, так чо, мы объявим войну ублюдкам? Неужто на моей улице будет праздник?

— Когда-нибудь, когда-нибудь, — мечтательно произнёс командир, запрокинув голову. Видимо, любовался звёздами. Красные отблески от вывески упали на его лицо, и я мысленно выругался: да это ж тот майор, который допрашивал меня, Кристину и Егора! Ну, когда мы помогали сидровцам патрулировать сектор с Трещинами, но случайно наткнулись на русалку. А потом нас попытались прикончить сидровцы, но я расправился с ними раньше… Злобный майор, который обвинял нас в убийстве своих подчинённых, руководил нападением на стрип-клуб «Танцевальное наслаждение». Вот так встреча!

— Все докурили⁈ — гаркнул Майор. — Тогда в машину, быстро! Ещё не хватало, чтобы нас здесь засекли!

Сидровцы — а теперь я не сомневался, что все эти мужики были бойцами «СиДР» — загрузились в буханку. Автомобиль взревел и выехал с территории стрип-клуба. Я для верности выждал десять минут и, убедившись, что сидровцы не вернутся, скользнул внутрь здания. В нос сразу же ударил сильный запах железа. Кровь была везде: на потолке, стенах, полу. Я прошёл дальше, в основной зал для посетителей, и прикрыл глаза, чтобы не видеть отвратительного зрелища. Шестнадцать окровавленных тел были подвешены к потолку, словно свиные разделанные туши. Даже у меня — воина, который сражался на войне, — по коже пробежал мороз от этой невероятной жестокости.

Я поднялся на второй этаж, в кабинет директора, включил компьютер и открыл базу с данными сотрудников. Там были их фотографии, поэтому мне не составило труда опознать трупы — все эти люди работали в стрип-клубе. Сидровцы учинили показательную казнь — эдакое сообщение Ронинам, не зря же один из уродов говорил об объявлении войны. Судя по всему, сплетни о том, что владелец «Танцевального наслаждения» как-то связан с Ронинами, вполне правдивы. Я прошёл в комнату охраны и проверил камеры. Выключены, а записи стёрты. Прежде чем вызвать полицию, я решил поискать улики.

И сделал это не зря.

Потому что в одной из приват-комнат я нашёл бумажник — он валялся под красным бархатным креслом, словно кто-то случайно его обронил. Я поднял его и открыл. Его содержимое неприятно меня удивило. Небольшая семейная фотография, несколько крупных купюр и медальон с родовым гербом и выгравированной фамилией. И всё бы ничего, но фамилия была моя, а на фотографии был запечатлён маленький — лет десяти — Марк Ломоносов и его родители. Бумажник действительно был уликой. Которая указывала на меня. Сидровцы убили шестнадцать человек, только чтобы меня подставить⁈