Своей жертвой он выбрал Егора — тот показался ему более внушаемым. Сперва Крабогном открыл ему сайт, где была статья про Род Ломоносовых, и выделил строчку с датой рождения великана-хозяина-друга. А потом каждый день на протяжении недели он подбрасывал Егору одну и ту же брошюрку. А по ночам, когда бедолага засыпал, Крабогном садился в изголовье кровати и нашёптывал ему на ухо: «Столовая, счастье в груди, день рождения, вечеринка, сюрприз». На пятый день Егор, снова наткнувшись на яркую брошюрку, не выкинул её, а замер и задумался. Через пару минут он почесал затылок и протянул:

— Марку должно понравиться…

Успех! Крабогном от радости едва до потолка не подпрыгнул. Отлично, теперь нужно дожать столовских поварих — всю последнюю неделю они постоянно находили рекламу кондитерских.

* * *

Ребята взяли себе по кусочку торта и вернулись за стол, а я всё-таки добрался до раздачи и набрал поднос еды. Когда я шёл обратно, белобрысый Андрей Коновалов попытался подставить мне подножку. А его сестричка, Настенька, которой Кристина сломала нос, якобы нечаянно перевернула стакан с горячим чаем прямо мне на ногу. Да уж, кое-кого жизнь ничему не учит. Сидит с распухшим носом и фиолетовыми синяками под глазами, но нарывается на новые неприятности. Я вовремя заметил подножку — перенёс центр тяжести, напитал ногу энергией и со всей силы наступил на пальцы Андрея. Он побелел от боли, но, сцепив зубы, выдержал и не закричал. Чай же я испарил заклинанием ещё до того, как хоть капля долетела до моих брюк. Подмигнув разъярённым близнецам, я продолжил путь.

Зря они о себе напомнили. Из-за сюрприза Егора я совсем о них забыл. Но раз уж они так настаивают…

Я поставил поднос на столик, который заняли Кристина, Егор и Саша и сказал:

— Отлучусь на пять минут, прошу меня извинить.

Выскользнув из столовой, я зашёл в туалет и занял дальнюю кабинку.

— Крабогномище!

— Великан-хозяин-друг? — передо мной соткалась зловредная Тень, всплеснула клешнями и бросилась обниматься. — С день рождений! Счастье, здоровье, много деньги!

— Спасибо, — кивнул я и хмыкнул. Ну, следовало сразу догадаться. Всё странное и нелепое, что происходит в моей жизни, чаще всего организовано Крабогномом. С ним не заскучаешь. Я так подозреваю, что Егора он взял измором. — Мне нужна помощь. Заберись в алхимическую лабораторию, укради Эликсир Честности и подлей в еду двум студентам. Я покажу, где всё находится и как выглядит. Только поторопись, нужно успеть до того, как они доедят свой борщ.

— Так точно!

Я закрыл глаза, сконцентрировался и перешёл на зрение Крабогнома. Зловредный дух, следуя моим мысленным указаниям, поднялся на третий этаж и прошмыгнул в алхимическую лабораторию. Здесь было множество шкафов со стеклянными дверцами. Эликсир Честности был зелёной жидкостью, в которой сверкали красные блестки и больше походил на праздничный коктейль, чем на магическое варево. Он был одной из самых слабых версий магических сывороток правды — в конце концов, я не хотел слишком уж сильно навредить Коноваловым, а так, поставить в неловкое положение. Очень неловкое. Крабогном быстро нашёл Эликсир Честности — правда, по дороге прихватил пузырёк Смешливости. Я не стал отбирать — это зелье просто заставляет беспричинно смеяться. Одна капля — пятнадцать минут смеха. Никакого вреда.