— Мне кажется, быть клоуном — твоё призвание. Многие люди ищут его всю жизнь, а ты нашёл уже сейчас! Сколько тебе? Всего тридцать восемь? Почему ты такой кислый? Только подумай, теперь ты можешь весь остаток жизни посвятить своему призванию! — с наигранной радостью протянул я. — Отдай мне Ронинов и прибейся к бродячему цирку… Ик!

Мы немного посидели, расслабленно поболтали о всякой ерунде, а потом я пошёл в выделенную спальню и завалился спать — в таком виде было неразумно шляться по улице, да и завтра рано вставать, так что я решил остаться в убежище Ронинов. Сквозь пьяную дымку я размышлял над последствиями, если Род Несвицких узнает, кто их ограбил. Ну, во-первых, Император не оставит без внимания мою выходку и накажет Род Ломоносовых. Вероятно, в тюрьму меня не посадят; как-никак я — последний из Рода Ломоносовых, однако заставят выплатить огромную компенсацию. Во-вторых же… едва ли Род Несвицких удовлетворится деньгами. Они объявят мне войну по всем фронтам и устроят весёлую жизнь. Мда, в моих интересах сделать так, чтобы ограбление прошло идеально. Чтобы комар носа не подточил. Я закрыл глаза и начал медленно проваливаться в сон. Однако из полудрёмы меня выдернул громкий звонок. Под ухом что-то вибрировало. Я засунул руку под подушку и вытащил телефон. На экране мигало «Лера».

— Алло? — пробормотал я. — Что-то случилось?

— Ломоносов, вы что, пьяны? — этот голос явно принадлежал не Лере, но почему-то он был мне смутно знаком. Очень смутно. Словно я где-то услышал его мельком, но принадлежал он человеку достаточно важному, чтобы его запомнить. Я сконцентрировался, разогнал кровь по телу, избавляясь от опьянения. Во рту сразу же появился мерзкий привкус, словно я съел дохлую мышь, а голову прорезала сильная боль. Побочный эффект, все прелести похмелья за две секунды. Женщина на том конце провода сказала куда-то в сторону, отчего её слова прозвучали приглушённо: — Крабогномик, ты не говорил, что твой хозяин — алкоголик.

— Великан-хозяин-друг никогда не пить! — возмутился издалека Крабогном.

Я откашлялся, встряхнулся и абсолютно трезвым голосом произнёс:

— Нет, многоуважаемая… гм, кем бы вы ни были. Я не пьяный, а сонный. Вы смотрели на часы, когда набирали мой номер? Кстати, кто вы такая и почему звоните с телефона моего секретаря? Что-то произошло? — я замолчал, ожидая ответа, но моя собеседница лишь тяжко вздохнула и проворчала: «Хуже моих воспитанников, Триглав меня раздери». И в этот момент в моей голове щёлкнуло. Я понял, с кем разговариваю. Несвицкая! Меня пробрало до мурашек. Она догадалась о моих коварных планах? Поняла, что я пробрался в её покои и выяснил, куда и когда перевозят Кркавческий камень? На секунду я поддался панике, но потом взял себя в руки. Вдох-выдох. Она может догадываться о чём угодно, но подтвердить свои подозрения не сможет. Успокоившись, я холодно повторил: — Что-то произошло?