— Назови имя, — приказал Перун и стиснул зубы так сильно, что у него желваки заходили.
— Прове! — громко сказал Сварожич, и в это же мгновение невысокий Бог в одежде из дубовой коры и листьев вскочил и рванул к выходу. Другие Боги его перехватили и швырнули в ноги к Перуну. А ведь пару десятилетий назад Сварожич любил по вечерам выпить медовухи с Прове. Они были почти друзьями. Ну, по божественным меркам. Прове уставился на него умоляющим взглядом, но Сварожич безжалостно произнёс: — Ты лично спустился в Сибирские леса неподалёку от деревни Лубовка и в течение двух недель подпитывал их своим благословением.
— Артефакта не хватало! — воскликнул Прове. — На те леса обрушились ужасные пожары, и мои жрецы не справлялись! Артефакты истощились, я не мог передать столько благословения, сколько требовалась! Леса сгорели, и животные гибли! Я просто пытался помочь природе восстановиться!
— Ты знаешь правила, — отрезал Сварожич.
— Давно такого не было, — покачал головой Перун. — Даже не знаю, какое наказание придумать.
— Остальные Боги с удовольствием поделятся с тобой фантазией, — Сварожич обвёл широким жестом зал. — Но не спеши. Это всего лишь первое имя… Чернобог!
Божественное собрание обещало быть длинным и весьма интересным.
Глава 17
Божественное измерение, владения Сварожича, главный дворец.
Провинившиеся Боги стояли, понурившись, всем своим видом выражая раскаяние, — Подага, Чернобог, Прове и Рарог. Законопослушные Боги, которые чтили Соглашение о Невмешательстве, ругали их на чём свет стоит. Преступления были почти невинными, незначительными — Прове всего лишь спас сгоревший лес и вообще не вмешивался в человеческие судьбы, а Чернобог наслал несколько проклятий на своих нерадивых подданных — ничего серьёзного, парочка фурункулов и недельная диарея. Подага так-то не нарушал Соглашение специально — он лунатил. Была у него такая проблема, тянулась ещё с прошлого века. Каждое полнолуние Подага вскакивал среди ночи и начинал творить всякую дичь. Правда, раньше это никак не затрагивало людей. Ну, и на старуху бывает проруха — месяц назад он случайно излечил женщину от любовной болезни. А Рарог… Покровитель огня поссорился с Прове и поджёг его любимый лес. Тот самый, который Прове потом восстанавливал. Хорс спрятал улыбку, наблюдая, как беснуются разгневанные Боги. Сначала они требовали лёгкое наказание — скорее для проформы, чем всерьёз. Но криками они распалили друг друга и в конце концов кто-то выкрикнул:
— На кол их, как в старые-добрые времена!
Хорс прикрыл глаза и обратил свой взор внутрь собственного магического ядра. Он позволил энергии растечься по всему залу. Словно тончайшее покрывало она окутала каждого Бога. Благодаря тому, что волна магии, посланная Хорсом, была практически незаметной и равномерно распределилась по пространству, её никто не заметил. Она буквально слилась с энергией окружающего мира и мимикрировала. Но Хорса не интересовал весь мир, его взгляд сконцентрировался на Перуне, считывая считывая эмоции Верховного Бога. И там было… удивление, немного страха и злость. Перун своими глазами увидел реакцию Богов на преступление против Соглашения, и она ему не понравилась. Он понял, что, если следующим Сварожич назовёт его имя и озвучит всего его прегрешения, то другие Боги не промолчат. Вероятно, они пойдут на него войной. Хорс учуял толику сомнений — Перун не был уверен, что победит. Неужели ему настолько нужна Марена и её проклятое дитя? Неужели она — залог его победы?