— Я выпотрошу тебя как свинью, — пригрозила девочка лет четырнадцати и вгрызлась в глотку светловолосого охотника.

Все эти малолетние Чернокнижники видели, как неумолимо уменьшается Теневая сфера. А через пару минут — как из неё вытекает тонкая струйка крови. Они прекрасно понимали, что проиграли. Но продолжали сражаться. Промытые мозги, отсутствие эмпатии и ненависть ко всему живому. Битва продлилась около часа. Под конец некоторые малолетние Чернокнижники сильно вымотались — благодаря этому, их удалось взять живыми. Если точнее — двух мальчиков пятнадцати лет и одну девочку лет одиннадцати.

Когда сражение закончилось, на улицу начали выходить деревенские жители. Они с ужасом смотрели на побоище, но всё равно бросали на детей жалостливые взгляды. Отовсюду раздавались обеспокоенные голоса:

— И вот этих ребятёнков будут судить?

— Такую малышку и на каторгу?

— Да разве ж они виноваты?

Больше всего жалели девочку. Она выглядела как сущий ангелок — белокурая, с кудряшками, огромные голубые глаза и веснушчатый нос. Неожиданно вперёд вышел высокий мужчина, на висках которого уже пробивалась седина.

— Она ещё маленькая. Совсем ребёнок. Разве мы не можем её перевоспитать? Дать настоящую семью, показать, что можно делать, а что — нельзя? — другие деревенские жители одобрительно закивали. — Разве это бедное дитя виновато, что её похитили истинные злодеи? Я думаю, Император смилостивится над ребёнком. Даже если юношей уже не исправить… — он с печалью взглянул на озлобленные лица мальчишек-Чернокнижников. — Пусть так, но уж девочку-то мы можем спасти!

— Как считаешь? — спросил Николай, повернувшись ко мне. — Вроде бы звучит разумно. Тем более деревенские сами вызвались. Согласны заняться перевоспитанием. И нормальную приёмную семью быстро найдут.

— Она убийца, — сухо ответил я.

— Но ей всего одиннадцать. Или даже десять, — Николай с неодобрением на меня покосился. — Огрубела у тебя душа, Марк. Эй, Малые Люберцы, а вы только на словах герои-спасители или на деле тоже вступитесь за девчонку перед Императором? Да и семью бы ей уже сейчас подыскать надо.

Мужик с проседью с готовностью кивнул:

— Я её к себе заберу. У меня как раз трое детей, от семи до двенадцати. Подружатся с нею…

— Плохая идея, — перебил я, но меня уже никто не слушал.

Не знаю, какими путями и средствами, но Малым Люберцам — с поддержкой Николая Крузенштерна — удалось убедить Императора. Он великодушно помиловал девчонку-Чернокнижницу. Он так и сказал: «Хорошо, я дам тебе второй шанс». Всё наладилось и пошло своим чередом. Верно? Только вот через две недели меня вызвали в Малые Люберцы по срочному делу. Незнакомый охотник на монстров встретил меня на автобусной остановке. Он был мрачен, как грозовое небо. Я вопросительно поднял брови, но он лишь скривился, будто съел лимон, и пошёл вверх по улице. Он привёл меня к большому кирпичному дому, вокруг которого собрались все деревенские жители. Они заглядывали в приоткрытую дверь, но боялись зайти.