— А ты уже собрался умирать?

Взгляд убийцы блеснул. Ее тело покрылось ярко синей аурой. Аурой энхансера четвертого ранга. Даже в шести метрах от нее я почувствовал угнетающее воздействие. Пожалуй, если бы она захотела — обычный человек рухнул бы под давлением ее ауры.

— Я готов умереть в любую секунду, именно поэтому я выживу там, где умрут другие, — сузил глаза я.

— О? Знакомая тема… — глаза убийцы улыбнулись. — Но не боятся смерти только дураки.

— Нет, еще безумцы.

— Считаешь себя дураком или безумцем? — ее глаза продолжали улыбаться.

— Ни тот и ни другой.

— Мне нравится твоя уверенность… — задумалась убийца. — Как насчет такого предложения: если встанешь на колени, я просто уйду и даже не попытаюсь забрать твою жизнь… И больше не приду.

Усмехнулся одним уголком рта, покрывая тело насыщенным эн-доспехом:

— Неплохое предложение. Но за свою жизнь… Я не встану на колени даже перед дьяволом! Даже перед самим богом!

Глаза убийцы удивленно расширились.

В этот момент с двух сторон послышались почти одновременные быстрые шаги.

Со стороны коридора за спиной у убийцы появилась Луньес с гаусс-винтовкой наизготовку и сразу взяла ее на прицел. А за моей спиной из коридора тенью выскочила Ларавель, ощерившись клинком. Но в следующий миг она тихонько воскликнула:

— Что, сестра⁈

Убийца перестала обращать на меня внимание и прикипела взглядом мне за спину.

Незавершенный пазл в моей голове треснул и немедленно сложился в новую фигуру. Я ослабил хватку на зульфикаре и подал знак Селии опустить гауссовку.

Ларавель, как кошка прыгнула в объятья сестры, которая сняла маску и тряхнула длинными черными волосами, обнажая лицо, ни чуть не уступающее в красоте Ларавель или Селии.

С чувством она обняла Ларавель двумя руками. Мысленно я наложил их фигуры друг на друга — действительно похожи не только лицами — изгибы попы и груди могли убить наповал почти любого мужчину. Невольно сравнил: разве что ножки сестры были подлиннее, а, следовательно, и рост немного выше.

Продолжая держать сестру в объятиях, незнакомка обворожительно, но слегка холодновато улыбнулась мне и представилась:

— Мне зовут Дайна, Двейн. Я приехала помочь.

— Такому специалисту всегда найдется применение, — улыбнулся я в ответ и закрепил саблю за спиной.

Так вот о каком «сюрпризе» говорила Ларавель…

* * *

Наобнимавшись с сестрой, Дайна последовала за Двейном в его кабинет, чтобы обсудить кое-какие моменты. Ларавель взяла ее под руку и шла месте с ними, без умолку шепча ей о своем распорядке дня и прочих обыденностях. Дайна краем сознания слушала ее и на автомате отвечала, но мыслями до сих находилась под впечатлением от Двейна. Возлюбленного сестры и того, кто спас сестру от неминуемой гибели в лаборатории. Даже гнев на тех, кто посмел поместить ее сестренку в лабораторию на опыты, пока отошел на третий план.