Еще отправились я, Ива и Инна. Очень даже неслабый отряд. Такого хватило бы даже на усмирение какого-нибудь владетельного рода, не говоря уж о нескольких попутавших берега монахинях.

Солнце только собиралось встать из-за горизонта, когда Лена постучала в ворота монастыря в совершенно глухом углу. Паромобили мы оставили за поворотом полузаросшей лесной дороги, а сами попрятались в кустах. Нет, мы могли бы взять этот маленький монастырь штурмом даже просто перебравшись через стены. Высота там смешная. Внутри правда есть собаки, но для тренированного отряда это не проблема.

Но решили пойти по самому простому пути. Чего бы в дверь не постучаться, если она есть? Лену долго осматривали через открывшееся маленькое окошко, но в итоге спросили старческим дребезжащим голосом:

— Что тебе, дочь греха?

— А я это, — изобразила смущение наша сыщица, — с сестрой Ангеликой в одной камере сидела. Она мне сказала… Ну это… Что мне можно искупить… Ну вы понимаете.

— Ладно, сейчас впущу… — донеслось из-за двери. — Только собак на цепи посажу. Жди.

Я давил смех, косясь на Инну и Иву, залегших по сторонам от меня. Те тоже еле сдерживались. Инна вполне так стоически, а вот Ива даже рукав закусила, чтобы не расхохотаться.

Лязгнул засов, и дверь открылась. А дальше дело техники. Лена даже револьвер доставать не стала. Просто подставила ногу под дверь, да в пару движений скрутила охнувшую монашку, так что та даже заорать не успела.

А дальше мы под лай собак ворвались в остро воняющий ладаном и немытыми телами двор монастыря. В три минуты вытащили из постелей всех шестерых монахинь, которых девчонки засунули в верхнюю одежду, затем деловито связали, и положили на снежок во дворе. Затем заглянули в большую келью, откуда на нас в ответ уставилась куча девчонок.

— Их тут двадцать две, — докладывала мне Лена. — С документами на всех полный бардак. И вот что. Ты иди, во дворе подежурь. А лучше сходи и пригоните с Алессой паромобили к воротам. А мы пока с девчонками побеседуем. Уверена, что не меньше половины сразу признаются, что их сюда не добровольно засунули. Так что наша операция в миг станет легальной. Победителей не судят.

— Есть, командир! — шутливо козырнул я резко смутившейся бывшей шведской шпионке.

А что? Я сам назначил её командовать операцией. От разработки до самого конца. Надо же и другим опыта набираться.

И все прошло просто идеально. Мы погрузили всех девчонок в представительский паромобиль. И двадцать две оказалось очень немало даже для просторного салона. Но на переднее пассажирское сиденье поместилась еще и Алесса.