— Ладно, — Либа хитро улыбнулась. — Договорились.
В гостиницу они вернулись уже поздней ночью. Минус, едва дождавшись утра, принялся звонить Шмулю. Он услышал в трубке настороженный голос еврея:
— Хорошо, что вы позвонили. Пора инструмент забирать, если хотите довезти спокойно. Люди, с которыми я работаю, больше не берут посылки в сторону Киева. Досмотр усилен на железной дороге. Поговаривают, в самом Киеве облавы. Революционеров ищут и сочувствующих. Вас когда ожидать?
— Сейчас выезжаем, — ответил Серёга. — К вечеру у вас будем. Вы нам номер в гостинице найдёте?
— Можно у меня остановиться, — Шмуль даже обиделся. — Места в доме немного, но уж вас разместить смогу.
— Спасибо, — Минус усмехнулся. — Тогда до встречи!
За столиком на улице девушки ожидали Серёгу. Сегодня Либа была самой собой. Её смех Минус услышал ещё издалека. Он шагнул к столу и раздался Анин голос:
— Ну, что, дозвонился наконец?
— Да. Ехать нужно.
— Ещё пару дней, Сеня! — вмешалась Либа в разговор. — Хорошо здесь! Ты попробуй, какое мороженое! — и она, смеясь, протянула ему ложечку.
— Такое же, как вчера было. Про него кто-то говорил, что невкусное совсем, — Серёга улыбнулся. — Нет, Либочка. Сегодня поедем.
— Хорошо, — она удивилась. — Если надо, то я не против.
— А почему ты спешишь? — Аня задумчиво посмотрела на него.
— Вещи отвезти нужно, которые у Шмуля лежат. Контроль усилен на железке. Машиной тогда поедем, на всякий случай.
— А может вообще не забирать тогда? — Аня нахмурилась. — Ну, зачем постоянно искать неприятности⁈
— Нельзя не забирать! — Серёга замотал головой. — Ты не переживай. Провезем в чемоданах спокойно. Кто смотреть решится женские вещи⁈ Если боишься, то мы тебя с Катей на поезд посадим, а сами на машине поедем. Просто мне одному провезти будет сложнее намного.
— Эх, Семён! Ценности твои дороже нас! Опять, небось, оружие какое-то! В тюрьму ещё из-за железа попасть!
— Из-за этого⁈ — Минус усмехнулся. — Вряд ли. Отоврусь, если что.
— Мне в чемоданы положи, — Либа фыркнула. — Уж я не позволю, чтобы мужчины открывали! Там ведь бельё! — она с деланым ужасом распахнула глаза.
— Умница! — засмеялся Серёга. — Даже я бы не решился! Всё, собираемся. Я тоже, пью кофе и бегу.
— Нет, в море монетки бросать пойдём! — заговорила Либа. — И все вместе! Чтобы вернуться ещё сюда.
Минус, стоя на берегу, зашвырнул в воду медный пятак. Он и вправду загадал, чтобы ещё хоть раз оказаться здесь. Серёга покосился на Аню, спокойно глядящую на волны. Потом на Либу, серьёзную и сосредоточенную. Он поднял Катю, усадив себе на шею, и вручил ей серебряные десять копеек: