— Слушай, ты, дерьма кусок! — Сергей схватил за грудки Цыгана и тут же ощутил чувствительный укол в районе печени. А следом на плечах, боках и спине до кучи ещё и крепкие пальцы подсуетившихся мордоворотов, сковавшие его с трёх сторон.
Скосив глаза вниз, Капустин увидел длинную спицу в кулаке Цыгана, незаметно добытую отморозком, вероятно, из рукава спортивной куртки и приставленную теперь острым концом к его боку.
— Я знаю, ты парень шустрый и без тормозов, — совсем другим сухим и деловым шёпотом затараторил в ухо Сергею Цыган. — Но, как видишь, и мы не пальцем деланные. Если б я хотел убить тебя, ты бы уже был мёртв. Поэтому оцени мой душевный порыв, и давай просто мирно поболтаем.
Сергей разжал кулаки, отпуская ворот костюма, и спица тут же исчезла от его бока, втянувшись обратно в рукав спортивной куртки Цыгана. Но схомутавшие Сергея с трёх сторон мордовороты пальцы свои не разжали, продолжая удерживать дальше чересчур импульсивного студента на одном месте.
— Серёж?.. — вновь раздался с крыльца обеспокоенный Машин голос. — У тебя всё в порядке?
— Успокой подружку, — хмыкнул Цыган.
— Маш, со мной всё ок. Иди домой. Сейчас мы поговорим, и я тоже приду.
Вдалеке послышался вой полицейской сирены.
— Вот ведь сучка, не обманула, — ухмыльнулся Цыган, казалось, даже обрадовавшийся далёким завываниям, и тут же без перехода продолжил сухим деловым тоном: — В общем, расклад, Серёга, на текущий момент меж нами такой: две штуки грина ты торчишь мне за ту девку, вступившись за которую подписался на оплату её долга. Ну и плюсом ещё, скажем, штуку бакинских торчишь уже лично сам, за то, что парней моих помял по беспределу, ну и проценты туда же входят, по долгу девки набежавшие. Итого с тебя, пацанчик, три штуки. Будь добр завра в институт денежку принести. И душевно тебя прошу, Серёжа, сделай всё ровно, чтоб я за тобой больше не бегал.
Пока Цыган озвучивал ультиматум, вой сирены заметно приблизился, поэтому, закончив говорить, он, не дожидаясь ответа собеседника, развернулся и зашагал к машине. Тройка его подручных, оставив Сергея, тоже устремились к своим местам в «ауди».
— А не пошёл бы ты в жопу, Цыган, со своими предъявами! — бросил в спину усаживающемуся за руль отморозку Сергей, которого так и подмывало броситься на возомнивших о себе невесть что ублюдков и, с привлечением читерского Рывка, хорошенько всех четверых размотать тут же на заснеженной придорожной обочине. Но, стиснув зубы, пришлось сдержать этот порыв сразу по двум причинам.
Во-первых, из-за ожидаемой с минуты на минуту полицейской машины. Ведь пэпээсники стопудово чрезмерно удивятся, обнаружив, что семнадцатилетний пацан в одиночку отмутузил четвёрку противников, трое из которых были мордоворотами раза в два его тяжелее. Победителя тогда вместе с побитой четвёркой загребут до выяснения, и придётся в КПЗ до утра куковать. Утром Света позвонит кому нужно, и его, разумеется, отпустят, но коротать ночь в вонючей камере с бомжами… — оно точно того не стоило.