Тем не менее, отправляться на войну, не имея автомобиль для перевозки ящика с разобранным аэропланом, виделось невозможным, потому таковые тоже присутствовали в автовзводе обеспечения отряда Михаила. Аж два автопоезда, как ныне называли грузовые автомобили тянущие на буксире прицепы, составляли компанию легковым машинам в этой эпопее.
Не имея собственной школы разработки автомобиля с нуля, РБВЗ, по подсказке своего главного конструктора, обратил внимание на модели, предлагаемые швейцарской фирмой «Арбенц». От армии как раз поступило предложение поставить несколько машин для участия в автопробеге военных автомобилей, потому на заводе началась сборка полудюжины полутора- и двухтонных грузовиков. Именно сборка, поскольку разобранное шасси, за исключением двигателя, поставлялось из Швейцарии и после дорабатывалось под имеющийся силовой агрегат. Впрочем, перехитрившие самих себя владельцы РБВЗ, «опоздавшие» предоставить грузовики к намеченным военным ведомством состязаниям, остались с носом. Желая узнать новые требования, предъявляемые к грузовым автомобилям для армии, прежде чем предлагать свои модели Л и М, они вовсе лишились всех возможных заказов на данный вид техники. И даже впоследствии поставленные с опозданием на год два грузовика, не смогли исправить ситуацию. Военное ведомство предпочло разместить заказы за границей. А рижский завод, желавший выехать вперед на чужих ошибках, вновь был вынужден вернуться к производству легковых автомобилей, не зная, куда пристроить четыре оставшихся грузовика. В конечном итоге два были выкуплены заводом «Мотор», а прочие РБВЗ переделал в автобусы.
В отличие от своего меньшего собрата, Руссо-Балты М24/30 не преподнесли неприятных неожиданных сюрпризов, честно выполняя свой воинский долг по перетаскиванию имущества отряда. Плохо было то, что делали они это весьма неспешно не только в силу общей убитости дорог, но и конструктивных особенностей самих машин. Но при этом оба не забывали потреблять топливо десятками литров, значительно превышая по такому показателю, как цена перевозки пуда груза на версту, значения выдаваемые пикапами устроенными на хребтовой раме. Иными словами, откровенно малолитражный по нынешним временам двигатель воздушного охлаждения последних, вытягивая тонну общего веса под завязку загруженного автомобиля, не пожирал топливо, как не в себя. Он вообще проявлял донельзя скромный аппетит по сравнению с двух и более литровыми моторами, что ставились на большую часть производимых в мире автомобилей.
Конечно, у тех же Рено и Опеля в каталогах также имелись недорогие модели с моторами объемом менее литра, что уступали по выдаваемой мощности даже мотоциклетному двигателю их производства. Не говоря уже о многочисленных циклокарах, предлагаемых всеми, кому не лень. Но, и те, и другие, никак нельзя было считать полноценными автомобилями. Одно- и двухместные, они не подходили львиной доле потребителей по той простой причине, что семью на таких малютках уж точно никуда нельзя было вывезти. Это были средства передвижения для таких людей, как доктора и юристы, которым зачастую требовалось наведываться к своим клиентам, да неплохим подспорьем пожилым парам для поездок к давно выпорхнувшим из родовых гнезд детям. Всем же остальным европейским и американским потребителям требовался, либо недорогой семейный автомобиль, либо не сильно прожорливая рабочая лошадка, что сильно отличало их от среднестатистического покупателя машины в России. И родившийся в недрах цехов завода «Мотор» автомобиль готов был предложить людям именно то, что требовалось. Дело, как всегда, оставалось за малым — убедить людей, что им требовалось как раз именно это. А что как ни гонки, выставки, либо же постоянное мелькание перед глазами, могло еще оказать требуемое воздействие на умы потенциальных покупателей? Но если с первым все было относительно легко — всевозможных автомобильных состязаний по всему миру проводилось великое множество, так что выполняющий обязанности заводского гонщика РБВЗ — Андрей Платонович Нагель, едва ли не каждый месяц срывался из дома, дабы покорить очередной маршрут, то с мельканием перед глазами все было не столь радужно.