— Крыша у вас серьёзная, — не удержался я от замечания, — а уж какие стены, которые эту крышу держат…

— Стены — это опора, — поучающе заметил старик, — а без крепкой опоры ничто нормально стоять не будет. Ни дом, ни государство.

— Колосс на глиняных ногах, — ввернул я земную идиому.

На что инквизитор приподнял бровь, а затем с лёгкой улыбкой кивнул:

— Отлично сказано. Колосс на глиняных ногах… Какая яркая и элегантная аналогия. Я запомню.

Не знаю, сколько бы мы ещё так болтали ни о чём. Привычка, будь она неладна, начинать разговор с чего-то нейтрального въелась в меня накрепко, но тут один из магических светильников, что висел слева от меня, замерцал и принялся резко тухнуть, отчего в кабинете сразу стало темновато. Верховный, отвлёкшись на мгновение, сделал короткий жест рукой, подпитывая его порцией маны, а я задумчиво проводил его руку, наблюдая, как в магическом зрении тонкая струйка магической энергии выстреливает из пальцев, наполняя светильник. Затем вернулся к инквизитору, но что-то заставило меня нахмуриться. Сознание почему-то царапнула какая-то неправильность в увиденном. Я ещё раз прошёлся глазами по его магической структуре, а затем осознал, что его манаканалы и магический источник светятся абсолютно тем же самым ровным светом, что и минутой ранее. Словно бы он не тратил только что часть своей магической энергии и не пропускал её через себя в момент колдовства.

Источник всегда меняет яркость, отдавая часть резерва, а прохождение маны по маноканалам напоминает движение волны. Но ничего этого не произошло. И я понял, что каким-то образом инквизитор смог свечение своего источника замаскировать.

Зачем? Банальная логика мне подсказывала, что вряд ли это делается, чтобы скрыть более слабый источник. Скорее, прячут более сильный, чтобы не вызывать излишнего беспокойства у людей посторонних. А значит, передо мной вряд ли обычный маг-середнячок. Скорее всего, глава Инквизиции сам по себе давным-давно магистр, но совсем не хочет, чтобы об этом знало слишком много народу.

Очень умно, хотя я и не представлял, как такая маскировка может осуществляться. Впрочем, явно у них был доступ к особым знаниям, в том числе старой Империи, которого не было у меня. Либо своя разработка, на которую у Инквизиции тоже вполне хватало и времени, и сил, и средств.

Тут я вспомнил инквизиторскую братию, которые тоже, при взгляде на них, выдавали максимум уровень слабенького боевого мага, и прикинул, сколько же среди них может быть тоже настоящих боевиков. Или, чем чёрт не шутит — магистров. Пришло понимание, что они представляют куда большую силу, чем казалось изначально. Вот только это открытие совсем не добавило успокоения, скорее, подтвердило некоторые мои подозрения.