Меч вонзается глубоко в грудь Бедствия. От раны ползут трещины, полыхающие алым.

Моас кричит — это не просто боль, это страх. Страх перед концом.

Ей наконец стало страшно.

— Жалкий человек… — шепчет Моас. Ее голос затухает вместе с угасающими углями в глазах. Тело Бедствия начинает осыпаться пеплом.

Я стою среди хаоса, тишины и пыли, держа клинок в руке. Ветер уносит остатки Моас прочь, не оставляя ни облика, ни чего-нибудь, на что можно бросить семя орса. Впрочем, любой трофей после того, что мне сегодня перепало, смотрелся бы жалко.

— Я сильнее, — повторяю я, но уже тихо. Не для нее. Для себя.

Я расслышал чей-то надсадный кашель и скрежет. В клубах пыли появился Эклектика, припадающий на правую ногу. Мужчина волок за собой стул.

Добравшись до меня, Эклектика поставил стул и развалился на нем, настолько вальяжно, насколько мог в потрепанной одежде и с ссадинами по всему телу.

— Полагаю, я должен сказать тебе спасибо. Ты ведь провел ритуал, который дал мне силу?

— Не утруждайся, я сделал это не ради тебя… Наружу тоже можешь не торопиться, защитники сами справляются с Кошмарами. Тем более, что после смерти Моас чудовища с удовольствием атакуют друг друга… Ты знаешь, что за всю историю этого мира ни разу не уничтожали Кошмар ранга «Бедствие»? — спросил он меня.

Я присел на каменный пол.

— Нет, не знал. Что там идет после бедствия? — спросил я.

Эта битва мне понравилась. Я выложился на полную и даже больше. Подумал, что умру, но напрягся и выжил! Обожаю битву на грани — эмоции становятся ярче, а победа ощущается невозможно сладкой. Обожаю чувство, когда ставишь на кон свою жизнь и выживаешь. Оказываешься лучше противника.

— Какой там противник дальше? Чувствую, что мои силы изрядно выросли.

— В каком смысле «дальше»? После Моас нет ничего! Мы… ты уничтожил один из пяти величайших Кошмаров этого мира. Осталось еще четыре, но по силе они не будут сильно отличаться. Возможно, даже окажутся слабее. Да и Бедствия эти могут находиться где угодно — ты можешь потратить всю жизнь, летая по небу огромного мира и не наткнуться ни на одного.

Я растерянно хмыкнул.

— Погоди… Как же… И что мне теперь делать? Защищать Землю?

Эклектика пожал плечами.

— Я уже провел ритуал, и теперь на Земле перестанут появляться новые Кошмары, а здесь не появится новых искателей. От оставшихся тварей Земля себя защитит.

Я все еще недоумевал.

— Погоди. Бедствия — они же не могут быть верхушкой развития Кошмаров? То есть — они же жрали тысячи людей, поглощали их жизни. Должно быть что-то за Бедствиями! Не может быть, чтобы…