Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается, и Кнут, глубоко вздохнув, медленно просыпается. Моргнув, сонно смотрит на меня, и я отвечаю тем же.

– Удобно? – спрашиваю ровным тоном.

– Даже слишком, – хрипловато отвечает Клим.

– Ничего не болит? – продолжаю допрос.

– Душа, – поразмыслив, отвечает он. – Переживаю, что Саша не справится на процессе. Может, мне всё же поехать?

– Да, судья будет в восторге от вашего гипса, – соглашаюсь без тени улыбки.

А перед глазами так и стоит картинка, как Кнут показывает окружающим средние пальцы. Процесс точно будет сорван ещё в самом начале, а Клима выведут из зала за неуважение к суду. Неужели сам не понимает?

– Хм, – моргает, и твёрдые губы мужчины подрагивают в улыбке. – Мне уже хочется туда поехать не только из-за сомнений в компетенции Александра. Так хочу посмотреть на вытянувшиеся физиономии, что готов отказаться от больничного.

– Вам не обязательно ехать, чтобы присутствовать на процессе, – деловито напоминаю я. – Вы можете быть онлайн.

– Действительно, – недовольно хмурится он. – Почему сам об этом не вспомнил?

И даже такой задумчивый Кнут невероятно притягателен.

– Не требовалось, – спокойно отвечаю я, хотя мозги плывут от близости его горячего тела. – Вы же никогда не брали больничный.

– Как и ты. – Его грубо слепленное лицо освещает приятная улыбка. – Ни разу не болела за весь период обучения.

– Да, – смущаюсь глупости, которую ляпнула при нашей первой встрече, но стараюсь не показать этого. – Так и было.

– Между нами много общего, – негромко говорит Клим.

– Разве? – искренне удивляюсь. Где он, а где я?!

– Мы оба обожаем пиццу «Четыре сыра» и не берём больничный, – вкрадчиво поясняет мужчина.

– А?.. Да. – Ничего не остаётся, как согласиться.

В дверь стучат, и она приоткрывается.

– Доброе… – заглядывает медсестра и при виде наших сплетённых на кровати тел возмущается: – С ума сошли? Здесь больница, а не отель!

Я готова провалиться сквозь землю от смущения, но затруднительно это сделать, нежась в гипсовых объятиях. Несмотря на неловкую ситуацию, не вскакиваю, не отшатываюсь и вообще стараюсь не совершать резких движений, чтобы случайно не задеть больные пальцы прокурора.

А Клим приподнимает голову и сверлит медсестру уничтожающим взглядом.

– Что у вас в голове? Я никак не мог устроить руки, чтобы они не болели, и можно было хоть немного поспать. Моя невеста помогла расположиться удобнее.

Медсестра на миг тушуется, но пытается выйти из положения, возмущённо ткнув в мою сторону пальцем.

– Но так можно повредить гипс!

Немного обидно, ведь чтобы раздавить гипс, недостаточно просто лежать на нём. А я точно не прыгала!