«Хотя бы себе не лги, – подавляю вздох. – Последнего ты точно не желаешь!»
Мы подъезжаем к больнице, и я обречённо веду родных следом за «свекровушкой», которая хромает, опираясь на руку Вадима. И пусть ноги Ульяны Михайловны после знакомства с родителями «невесты» слегка заплетаются, спина её идеально прямая. Видно, что эта женщина направляется на битву.
Распахивает дверь VIP-палаты и застывает, осматривая пустое помещение.
– Где Клим?
Я прохожу внутрь и стучу в дверь уборной.
– Родители пришли навестить… – Покосившись на гостей, осторожно добавляю: – Милый?
Кто бы знал, как сладко и одновременно горько произносить это слово!
Дверь распахивается, и, поспешно оправляя одежду, появляется…
– Александр? – от неожиданности моргаю я. – А где Клим?
– Разговаривает с врачом, – сообщает помощник прокурора и виновато улыбается. – Извините. Кажется, креветки были не очень… Ой!
И снова скрывается в уборной.
Я указываю на диван и обращаюсь к родителям:
– Прошу, присядьте. Я схожу за Климом.
– Я провожу, – вызывается Вадим.
Но я теряю «бойца» уже на посту медсестёр. Водитель сладко улыбается очередной милашке, и приходится искать кабинет врача самой. Поплутав, всё же нахожу нужную дверь, но только успеваю её приоткрыть, как слышу суровый голос Кнута:
– Нет. Гипс должен остаться на месте.
Глава 21
Оглянувшись, убеждаюсь, что в коридоре никого нет, и прилипаю к замочной скважине. Прислушиваюсь к голосам и пытаюсь поймать в крохотном отверстии хоть какое-то движение.
– Но Клим, – звучит спокойный рассудительный голос врача, – гипс – это давно прошлый век. Сейчас все используют пластиковые накладки. Нанотехнологии давным-давно заменили все эти бинты и вредные порошки. Не говоря о том, что это намного легче гипса, ты сможешь свободнее двигаться и даже принимать душ.
– Я сказал: нет, – жёстко отвечает Кнут. – Мне необходим именно гипс.
– Да почему?! – врач явно теряет терпение. – Тебе даже штаны самостоятельно застегнуть сложно!
– Вот именно.
Не вижу, но чувствую, что Клим улыбается. Так и представляю, как его глаза прищуриваются в этот момент, и сердце сладко замирает.
– Эм… – теряется доктор, а потом вкрадчиво продолжает: – Не говори, что дело в той милой девушке с округлыми…
– Калинин, – тихо, но грозно говорит Кнут.
– Ямочками на пухлых щеках, – смеётся тот. – А ты о чём подумал, а? Да понял я, понял. Оставляем твой грёбаный гипс. Пепел мне на голову, Кнут! Кто узнает, что в моей клинике используют такие методы, меня будут высмеивать до второго пришествия! Не забудут, даже если я лекарство от рака изобрету!