* * *

Поздним сегодняшний ужин был не только у короля и не только во дворце. Отец Серхио не любил поздних трапез, предпочитая лечь голодным и плoтнее позавтракать, но сегодня его пригласили в гости, и ничего не съесть в этих самых гостях было невозможно. Мало того, что просто невежливо, но к тому же Первосвященник, в детские годы переживший страшный голод, очень ревностно относился к еде. Не выносил остатков на тарелках, подозревал в дурном людей с плохим аппетитом, если только те не болели, и считал приглашение к совместной трапезе высшей формой проявления собственного доверия.

В еде он при этом был непривередлив и скромен, как и положено доброму христианину. Любил ржаной хлеб, кашу на постном масле, часто соблюдал строгий пост. Серхио мог питаться так же, но не любил и пост предпочитал духовный, и это было одной из причин, по которым поздний уҗин не особенно радовал предводителя Войска Господня.

Примерную скромность проявлял Первосвященник и в быту. Покои его состояли из трёх комнат, самой просторной из котоpых и наименее отвечающей вкусу хозяина был кабинет — большой, с добротной и даже роскошной мебелью, он перешёл к нему от предшественника, а к тому — от прежних занимавших эту должность. Кабинет и его обстановка были старше нынешнего хозяина раза в три, и тот не считал себя вправе что-тo здесь менять.

Ещё была спальня, обыкновенная келья с единственным сундуком и узкой постелью, и вот эта самая комната, где хозяин принимал личных гостей. Тут имелся большой шкаф, занимавший добрую четверть крошечной клетушки, простой чисто выскобленный стол, пара стульев и несколько книжных полок на стенах.

Впрочем, сегодня испытывать твёрдость воли гостя и встречать его кашей на постном масле Первосвященник не стал. Или стал, но Серхио это испытание с лёгким сердцем провалил, отдав предпочтение иным блюдам. Телятина была свежей и недурно приготовленной, сыр нежным и душистым, а разговор — светским и необременительным. А потом Первосвященник с хитрым видом выставил на стол початую бутылку тёмного стекла и пару бокалов к ней. Сам налил густое, цвета венозной крови вино с пряным, плотным ароматом.

— Не откажи старику в компании, — подмигнул он.

— Сегодня разве можно? — озадачился Серхио, всё же пытаясь вспомнить, котoрый сегодня день недели и какое число.

— В честь праздника можно.

— Какого праздника?

— Не знаю, — легко признался Первосвященник. — Но какой-нибудь наверняка есть!

— Страсть к южному красному, похоже, входит в моду с лёгкой руки нашего короля, — улыбнулся Серхио, но отказываться не стал.