— Ты делаешь успехи, Тим, — одобрительно кивнула чернолунница.

«Сила, на которую летит Легион, как вороны на падаль». Что-то это мне напоминало…

— Да, муж ты мой желанный. Твой родной мир находится рядом с этим, и то, что вы называете грязной псионикой, прорывается к вам. Это энергия раненой Незримой.

— Вот значит, почему у нас ребята с ума сходили, если злоупотребляли грязным потоком. Эти Иные, или кто они там… Легион вселялся в псиоников.

— Легион силён, но ты зря представляешь его могучим единым целым. Как ты мог заметить, в этом мире Иным хорошо научились противостоять.

— Тогда, получается, это всё-таки задумка оракулов? Стражи Душ?

Я вспомнил, что ещё не обезумевший Альберт Перовский рассказывал что-то про оракулов и Чёрную Луну. Они ловят Иных, чтобы не допустить пришествия Последнего Привратника. Тот может закрыть Пробоину, и тогда закончится век благоденствия магов.

Куда ни плюнь, всем выгодно, чтобы мир Пробоины оставался таким, какой он есть. Маги упиваются силой стихий и властью над безлунными, оракулы упиваются контролем над магами, а чернолунники, которые якобы являются безлунными, лавируют между всеми.

Войны, интриги, желания и разочарования, религия и безбожие… И так тысячи лет, изо дня в день.

Это просто мир.

И только Легион лезет изо всех щелей, пытаясь положить конец этому мирозданию.

На моей родной Земле всё ненамного проще — тихо воюют две космические державы, и между ними пытаются выжить те немногие анклавы, кто не имел счастья присоединиться к какой-то одной стороне.

Как бы мы отнеслись к кому-то, кто захотел бы уничтожить нашу Вселенную, не разбирая, где и чья сторона?

И всё же, Тим, есть разница. Если бы не порочность мира Пробоины, я бы потонул в сомнениях. Но со мной рядом сидела та, к кому я питал самые светлые чувства, и я знал, что этот мир просто сидит у неё на шее, пока она томится в кандалах.

— А ты сама знаешь, как закрыть Пробоину? — вдруг спросил я.

— Я — нет. Незримая может узнать, но на это нужна сильная воля богини, а значит, секрет скрыт очень хорошо. Как только проявится воля богини, Чёрная Луна войдёт в этот мир.

В какой «этот мир», я спрашивать не стал. Для Эвелины, наверное, нет границы между её «ментальным коконом» и реальным миром.

Ну да, смертная может кататься на своей тележке по Красногории, пытаясь что-то выяснить. Внедрилась в монастырь Избранниц, раскинула свои сети по чернолунникам, насколько смогла.

— Я не смогла пройти в Храм Первого Полнолуния ни в одном перерождении, — вздохнула Эвелина, — Да, Белые Тени, рискуя жизнью, помогают мне, хотя там лишь единицы подозревают, кто я такая.