— Имя нам — Леги… — и его нога просто въехала в огненный щит и увязла, словно тот был из пластилина.

Ощущение было, словно мы воткнули стопу в раскалённую лаву.

— А-а-…

«…а-а-а-а!!!» — мы закричали почти одновременно, ощущая, как нога варится в чистом огне.

А ведь мне почти удалось нащупать «точку сборки» мага. Именно по ней я и хотел проскользнуть в чужой разум, но боль разрушила все мои достижения.

Одержимый быстро вызвал перед собой мигнувший щит, тот соприкоснулся с магией противника, и нас отбросило ударной волной. Щитоносец специально повернулся перед этим, чуть подправив наш рывок в сторону построения.

Василий упал, и тут же ему пришлось откатываться в сторону — огненный кулак, словно кувалда, воткнулся совсем рядом.

В лицо сыпануло горячей землёй, она раскалённой пылью влетела в горло. Закашлявшись, Одержимый вскочил, едва не навернувшись на покалеченную ногу, и собрался снова прыгнуть.

«Слева!» — рявкнул я.

Моей огненной чувствительности хватило, чтобы услышать пирусную пулю, летящую сбоку. Его реакции хватило, чтобы опять вызвать огненный щит…

Вспышка, нас откинуло… И новый удар огненным кулаком-молотом по земле в то место, где мы только что были!

Ещё ближе к центру построения. Сейчас начнут смыкать.

— Иной, помоги! — прокатившись по земле, вдруг заорал Василий, — Помоги!

Я от неожиданности даже ошалел. Ах, ты ж собака сутулая! То есть, как всё нормально, так «мы — Легион, сами справимся»? А как жжёный пёсик филейку на живую оттяпал, так — «Иной, помоги?!»

— Смыкай строй! — деловито заорали маги.

Клин, в который мы влетели, стал превращаться в круг. Гвардейцы выкидывали вперёд руки с огромными горящими кулаками, те визуально удлинялись ещё больше, и ударяли по земле совсем рядом, заставляя Василия откатываться.

Тут и балбесу понятно, что они задумали…

Неожиданно я ощутил, что последний кувырок сделал уже сам, полностью контролируя тело. И тут же в мозг воткнулись острой болью и сломанные рёбра, и обожжённая нога, и десятки ожогов-порезов по всему телу.

— Ах, ты ж… грёбаный… — я хватанул воздуха, чувствуя, как от боли перехватило дыхание, — насра…

«Вытащи нас! Возьми силу, всю бери!» — Одержимый рявкнул уже внутри, поменявшись со мной ролями, но я вдруг почувствовал облегчение.

Впереди воткнулись несколько кувалд, подгоняя меня в центр будущего окружения. Мне пришлось крутануться, чтобы отступить, но я уже подметил закономерность в действиях щитоносцев.

Любой военный манёвр — результат тысячи повторений. А значит, в них есть цикличность.

И, прежде чем огненные кувалды потянулись наверх для нового замаха, я скользнул сразу же под них. Гвардейцы ожидали это, и слаженно шагнули вперёд, выставив щиты.