Я усмехнулся. Надо же, какая полезная профессия — Привратник.

— И что, Вертун прямо послушный становится? — я с сомнением оглядел скалы вокруг, покрытые сажей.

Кое-где взлобья и утёсы блестели оплавленными краями, и мне трудно было представить, чтобы к Вертуну можно было близко подойти, чтобы невозмутимо работать мастерком и шпателем.

— Нет, конечно, только власть Незримой способна на такое. Привратник лишь немного успокаивает его, — вздохнул Филиппо.

— Не могу представить, чтобы рабочие не пострадали, — проворчал я.

— Так они очень даже страдают, и даже погибают, — с грустью сказал старик, — Но кто же считает жизни Безлунных?

Мы замолчали. Я прикрыл глаза, пытаясь послушать Вертун. Так, что там от меня требуется-то?

Я прекрасно чувствовал его — во внутреннем взоре был он похож на солнце, которое сияет во все стороны лучами энергии. Выбрасывает псионику целыми завитками, будто протуберанцы.

Но это был только источник, на который я не мог повлиять. Смотри, если хочешь, можешь даже накачивать энергию. И всё…

— Для тех, кто не Привратник, он как костёр, — прошептал Филиппо, — Красивый, и может согреть. Но сунешься — сгоришь!

Я кивнул, продолжая с закрытыми глазами рассматривать Вертун, и спросил:

— А Привратник может сунуть руку?

— Нет.

Я вздохнул. Вот ведь философ, не может сразу объяснить, без вот этих своих хождений направо и налево.

— Привратник может подкинуть дров, чтобы разжечь. Или плеснуть воды, чтобы затушить.

Я чувствовал, что Филиппо улыбается, поэтому открыл глаза и возмущённо посмотрел на него.

— Погоди, Тим, есть особые техники. Вот Пробоина поднимется, и начнём.

Ветер снова бросил нам на головы охапку пепла, и старик смачно чихнул. Он сразу же напрягся, прижимаясь к камню, а я вскочил на одно колено, взяв магострел наизготовку.

В молчании прошло полминуты, но никто так и не напал. Да и попробуй услышать, когда Вертун иногда завывает так, что оглохнуть можно.

— Это Карлик, — подал голос старик, усиленно протирая ноздри, — Хотя в этих горах, насколько знаю, даже Ординары встречаются.

— Они крупнее?

— Намного. В самой Красногории Ординаров не так много, они больше окружают её.

Я сразу же вспомнил про южный фронт, где красногорцы бодались с великолунцами. Там вроде был какой-то нюанс, что частично Вертуны помогали армиям против врага — одно дело пытаться пройти через организованного, но двуногого врага, а другое дело через земли, кишащие тварями.

— А Вертуны-Гиганты? — спросил я, — Мне доводилось слышать про Гигантов.

Филиппо потёр подбородок.

— Это поистине огромные Вертуны… Вот, например, юноша, в котором ты находишься. Ты знаешь, что, когда он родился, поместье его рода исчезло в чреве Гиганта?