— Воу, а ты что, раньше проходил подобное? — удивился здоровяк, — Кстати, я Макс… Макс Сапронов.

— Евгений Михайлов, — тот приветливо кивнул, — Да, в лисьей учебке, я там вахмистра получил по выпуск… Но выперли из-за одного лунного прихвостня.

Расслабленные, как студень, мозги не сразу сообразили, что лисами у нас звали полицию.

— Бывает, — я лишь пожал плечами, — Меня, если что, Егором зовут. Слушай, Жень, а что на счет Контуженного скажешь?

— В смысле?

— Ну, он же лунный, а сержантом ходит… Я всегда думал, что лунные –это только офицеры. Ну, типа, они ж маги все, особенно после своих этих академий. Если идут в армию, то исключительно на руководящие должности.

Тот отмахнулся:

— А, все просто. Грозный, он же это, Пустым был. Ну, то есть, до двадцати одного года у него магический потенциал не проявился, вот он в армию и пошел.

Я слушал, затаив дыхание. Надежда «пробудиться», если честно, жила в душе любого безлуня. Шанс-то, конечно, нулевой, ну так мечтать никто и не запрещает.

— А потом, видать, его ка-а-ак накрыло где нибудь у Вертуна, вот он и пробудился. Он, кстати, огняш, ну, этот, маг огня, только сла-а-абенький. Утренним его называют, скорее, для формальности… — усмехнулся бывший вахмистр.

Я скривился:

— У некоторых магии вообще нет.

— И то верно, — буркнул Макс.

Евгений пожал плечами:

— Я вот, например, тоже Пустой. У меня в роду раньше маги были, даже сильные. А сейчас… — он со вздохом махнул, — Уже пять поколений как ни одного мага. Ну вот, только и спасаемся, что в полицаи, да в армию идем. Подлунного получишь, среди магов покрутишься, авось потом у кого в роду лунный и родится? А?

— Эх, да откуда ж нам, безлуням, знать? — фыркнул Сапронов, явно завидовавший.

Нам то с ним надо лет десять в армии отпахать, чтобы Подлунного получить. А эти Пустые вроде как под луной и так ходят, да только не пробудились, так что им годика три, и все, Подлунные, считай… Можно спокойно увольняться и мирно жить, в совсем другом социальном статусе.

— Да ладно тебе, тут мы все равны, — Женя махнул головой в сторону плаца за стенкой, — Тем более, что в разведроте и в экспедициях все так и так Подлунными за три года становятся. Тут выслуга по-особому капает.

Я заинтересовался.

— Мол, ты не караулишь и жопу не просиживаешь, а реально пашешь на благо государства. Только об этом не все задумываются и не все интересуются, иначе, гарантирую, половина отказников передумала бы сваливать. Я вон, как узнал, что сюда набирают, сам попросился.

Мы с Максоном переглянулись. И у обоих созрела мысль, что остаемся мы здесь до талого снега. Да подери их всех Черная Луна!