Глава 16 Вас тут не ждали
'Некоторые люди выживают и говорят об этом.
Некоторые люди выживают и замолкают.
Некоторые люди выживают и творят.'
[Журналист Экспедиционного корпуса
младший лейтенант Крапова]
Пятый день Белой Луны. Время неизвестно.
Местонахождение неизвестно.
Глаза застилает кровавая пелена, смешанная с потом и грязью. Я на ощупь пытаюсь протиснуться в узких траншеях, но они подло сжимают меня с боков, давя на ребра ничуть не хуже дамского корсета…
Разряженный карабин болтается на уровне груди. Пользы от него сейчас нет, лишь бьет по ногам, да то и дело цепляется штыком за землю.
Хватаясь за первое, что попадется под руку, я проталкиваюсь дальше и дальше, ощущая за спиной тяжелое дыхание смерти, в лице выродка из Вертуна.
Этой твари все мало. Сзади хрустят ломаемые под ее поступью тела — они трещат, словно высушенные ветки. Шаг и вот чья-то голова лопнула под могучей поступью хищника.
Но вскрывать холодных мертвецов ему сейчас не интересно. Зверю нужны теплые кишки, желательно еще из живого солдата, корчащегося в агонии от боли.
И все, что мне остается, это бежать. Бежать, переставляя ноги по окопной грязи, в такт пульсирующей крови, под оглушительно бьющееся сердце…
Бежать, пока еще остались силы, петляя по змейке окопов, как учил Контуженный…
Как когда он прогонял все наше отделение по полосе препятствий. Стонать, реветь, сопеть, пердеть… Но бежать.
Можно блевать и ссаться себе под ноги, если это поможет облегчить организм, если позволит быстрее свалить от преследующего кошмара…
Очередной поворот траншеи — и вот я выбегаю прямо на пулемет, развернутый по ходу сообщения между окопами и огневыми точками. Надежда на спасение вспыхивает… и тут же угасает, когда я вижу, что пулеметчик уже дернул ручку и вдавил гашетку. При это оружие направлено прямо на меня.
Вздрогнув, я падаю и ощущаю, как свалился на жесткие деревянные подмостки. Только это уже не дно траншеи…
Это пол. Холодный пол в каюте.
Вокруг все так же царит полумрак из-за отсутствия нормального освещения, кроме двух дежурных ламп в начале и конце прохода.
Длинный коридор. По бокам стоят койки в несколько этажей.
Сквозь сонный туман я вспомнил, что бортовой инженер рассказывал, как в зависимости от центровки судна и загруженности багажом, он откидывал или наоборот убирал спальные места.
И нас летело немного, поэтому мы смогли разместиться в два яруса ближе к центру корабля и еще в один, ближе к хвосту.
Дирижабль… Это слово снова отчеканилось в моей голове.
— Не спится? — негромко спросил Макс, лежавший на втором этаже кровати, — Дай угадаю, кошмары? Ха! Понимаю…