Я обернулся, осматривая тот понурый винегрет, что остался от батальонной группы.

— Вот поэтому эти вылуни и отправят, — процедил сквозь зубы старик и хотел сплюнуть, но покрутил головой и понял, что здесь этого делать не стоит, — Ты думаешь, потери куда спишут?

— Э-э-э… — только и выдавил я.

Слова застряли у меня в горле. Я хотел ему снова рассказать и про весь бой, и про минометы, и даже про авиацию… И про то, что в конце появились маги во главе с капитаном гвардии из лунного рода Стрелецких. Ведь так много народу, и все знают, и все…

На моем лице, видимо, многое было написано, и Раскол качнул головой и горько усмехнулся. Причём усмехнулся так, что из моей наивной башки сразу выдуло все аргументы.

— И тему с прорывом закроют, — шепнул он, — Официально потерь при открытии Вертуна практически не было.

У меня пробежали мурашки по спине от осознания того, что все, о чем говорит Раскол — правда. Суровая и сухая правда.

— Все в рамках нормы, — продолжал старик, — Потеряли один окоп… Да, да, лишь один, но и тот быстро отбили. Убито и ранено не более десяти человек.

— Но ведь капитан Сушко… — начал было я, но тут же осекся.

Этот капитан гвардии мне вообще-то там сразу не понравился. Да и отправил он нас на зачистку, не моргнув глазом.

Раскол умиротворенно улыбнулся:

— Вот, вижу, понял ты все, Егорка… Подоспевшие «родовые», и этот твой капитан гвардии… кхм… Сучко, — он кашлянул, будто поперхнулся, — Они все подтвердят и с радостью присмотрят за Вертуном, пока наш батальон гоняет в командировку. И пока формируют третий.

* * *

Я встречал «списывание» и ранее. В прошлой части на устах гуляла подобная свежая история.

У соседней бригады на прорыве погибло человек пятнадцать, а на боевые потери списали лишь четверых, чтобы награды посмертно всем не давать.

В армии же оно как… Умер, например, солдат при исполнении служебных обязанностей, да тем более на боевых позиции — это «Отвага» или «Мужество» посмертно.

А еще это геморрой с бумагами… Мертвецу награду вручать не надо, а ради поиска безлунных родственников ни один Подлунный, не то что уж Лунный, задницу не поднимет.

Офицерам не к лицу лишний раз стоять перед безродными и сочинять легенду о том, как их сын погиб, позволив целому подразделению отступить на более выгодные рубежи.

Поэтому куда чаще «боевые» потери превращаются в «бытовые»… А то и вовсе задним числом ушел в самоволку, да пропал.

Естественно, за «бытовые» потери тоже спрашивают, но тут уже виноват сам мертвец. Если он, покинув расположение ночью с целью нажраться, пропал, то чьи это проблемы? Да еще и под утро его нашли под забором, погрызенным шальным «снежком». И не важно, как все было на самом деле, на бумаге он будет найден под забором…