— Ну, хорошо, — из тени вышел переводчик Алисии Поти. Сейчас он был без очков, кепки и не сутулился, и Ольга подумала, как все-таки мелкие детали делают нас другими, меняя образ. — Только выключи фонарь, не свети нас.
Ольга выключила свой маленький фонарь, и плато погрузилось во тьму. Только страшная луна по-прежнему продолжала наблюдать за искателями сокровищ.
Глава 31 Несказанная страна — Горный Алтай. Надо быть Рерихом, чтобы повторить в полноте очарование этих мест. Летчик-космонавт Герман Титов
— Что же мне с тобой делать? — задал риторический вопрос администратор.
После того, как Феликс плюнул Артемию в лицо, тот снова заклеил ему рот и подождал, когда фокусник успокоится. Когда силы кричать через скотч и пинаться со связанными руками и ногами у Феликса закончились, администратор парка сказал:
— Говори толком и по делу, — и отклеил скотч ото рта.
И хоть сил почти не осталось, Феликс поместил в свою речь самые колкие вещи. Он говорил о Тиаре, о том, что он знает, что Артемий ее спрятал. О том, что Феликс любит ее и будет бороться за девушку всеми способами. Он кричал громко и сбивчиво, повторяясь и уже путаясь в собственных угрозах.
По мере того, как он все больше рассказывал о их отношениях, глаза Артемия округлялись и наполнялись жалостью. Феликс чувствовал ее на клеточном уровне и не понимал, почему. Когда же он закончил свою тираду требованием срочно отпустить его и Тиару, Артемий надолго замолчал. Потом, словно собравшись с мыслями, взглянул пристально на Феликса и сказал:
— Первое — я тебя не бил и не связывал, говорю как факт, сам думай, кому ты еще тут дорогу перешел. Второе — я сейчас тебя развяжу, а ты не будешь сопротивляться и спокойно пойдешь туда, куда я тебе скажу. Там ты найдешь ответы на все свои вопросы.
Говорил он так уверенно, что Феликс, боясь ему перечить, просто кивнул в знак согласия.
Артемий разрезал скотч на его ногах и руках и молча вышел в коридор. Идти было совсем недалеко. Этажом выше он открыл ключом комнату и пропустил вперед ничего не понимающего Феликса.
В освещенной тусклой лампочкой комнате сидела Тиара. Голова была опущена, а ее длинные волосы неряшливо свисали на лицо. Феликс сначала кинулся к ней, но, подойдя ближе, остановился и опустился перед девушкой на колени, заглядывая осторожно в лицо. От увиденного он даже немного отпрянул — это была она и в то же самое время не она. Взгляд Тиары был затуманен, а из уголка рта катилась слюна.
— Привет, — сказал Феликс тихо, словно боясь ее напугать.
— Она тебя не слышит, — вместо Тиары ответил ему Артемий. — Моя сестра с детства сильно больна. Врожденная болезнь мозга, которая не лечится, а с возрастом только прогрессирует. Если в детстве она бывала такой только раз в год, то к двадцати пяти годам приступы стали повторяться почти каждый месяц. Она ведь периодически пропадала, когда вы встречались? — спросил Артемий ошарашенного Феликса. — Ну так вот, это были дни приступов. В последнее время ее вообще невозможно стало оставлять одну, приступы начинались внезапно, хотя в детстве на это заранее указывали определенные признаки, по которым можно было к ним подготовиться.