— Понимаю, — Михайлов слегка поклонился. — Дела государственной важности превыше всего. Что ж, тогда всего хорошего, господа.

— Всего хорошего, — ответил я, внимательно наблюдая за черным смерчем над его головой.

Михайлов развернулся и пошел обратно к клинике. Походка размеренная, спина прямая, ни единого лишнего движения. Я не отрывал от него взгляда, наблюдая, как черный смерч пульсирует в такт с основной воронкой.

Синхронизация идеальная. Он подключен к системе как периферийное устройство к компьютеру. Но добровольно или принудительно? Знает ли он о своей роли? Или думает, что просто лечит людей?

У самых дверей Михайлов обернулся.

— Кстати, доктор Пирогов! — улыбнулся он во все тридцать два. — Если передумаете — двери нашей клиники всегда открыты. Особенно для таких… талантливых врачей, как вы.

— Буду иметь в виду.

— И еще, — он улыбнулся, и от этой улыбки у меня мороз пробежал по коже. — Будьте осторожны. В последнее время в Москве участились… несчастные случаи. Особенно с врачами, которые видят больше, чем следует.

А вот это было лишним. Придется все-таки наведаться к тебе отдельно и потолковать с глазу на глаз. Но это чуть позже.

— Спасибо за заботу. Я всегда осторожен.

— Не сомневаюсь. До встречи, доктор.

Он исчез за дверями клиники.

Как только массивные двери закрылись за Михайловым, я повернулся к Бестужеву:

— За мной. Быстро. Не оглядываясь и не останавливаясь.

— Что? — граф моргнул. — Куда? Зачем?

— В вашу машину. Немедленно. Потом объясню.

Стальные нотки приказа в моем тоне заставили аристократа послушаться без лишних вопросов. Мы быстрым шагом, почти бегом, направились к его авто.

Машина оказалась не просто машиной — это был черный комфортабельный минивэн последней модели. Бронированный, судя по толщине стекол. С затемненными окнами и гербом Бестужевых на капоте.

Мы забрались внутрь, и я на мгновение замер, оценивая интерьер. Это не машина, это президентский номер пятизвездочного отеля на колесах.

Кожаные сиденья ручной работы, климат-контроль с ионизацией воздуха, встроенный бар с охлаждением, мультимедийная система с голографическим дисплеем. На потолке — звездное небо из оптоволокна. Даже небольшой сейф в подлокотнике.

Аристократы. Даже в машине должны чувствовать себя как во дворце. Интересно, сколько это стоит? Миллионов пять? Десять?

Дверь захлопнулась с мягким щелчком, отрезая нас от внешнего мира. Звуки улицы исчезли — машина была звукоизолирована.

И тут Бестужев взорвался, как пороховая бочка:

— Что за чертов цирк вы устроили, Пирогов⁈ — он вскочил с сиденья, размахивая руками. — Что за идиотское представление⁈ Вы выставили меня полным кретином! Дураком! Шутом гороховым!