— Петр Александрович…

— Молчите. Просто… спасибо. За все.

Он крепко пожал мне руку. И в этот момент я почувствовал мощный поток Живы. Десять процентов влилось в мой Сосуд!

Ого! Десять процентов разом! Для Сомова это действительно был вопрос жизни и смерти. Но почему такой страх перед инквизицией? Что он скрывает?

Сосуд переполнился. Сто процентов. Максимум для моего уровня некромантии. С этими мыслями я и вернулся в плату… но уже снова желал выйти из нее.

Черт возьми! Нужно срочно провести ритуал повышения уровня! Иначе избыточная Жива начнет разрушать Сосуд изнутри. Уже чувствую покалывание в груди — первый признак перегрузки.

— Простите, мне нужно срочно отлучиться, — бросил я, направляясь к двери.

— Куда это вы собрались? — окликнул Стрельцов.

— В туалет, капитан. Или инквизиция теперь контролирует и естественные потребности?

— Очень вовремя у вас приспичило.

— Магическое истощение влияет на мочевой пузырь. Или вы не верите мне? Могу видео из кабинки прислать. Но сразу говорю — там будет шумно. Санфаянс бы струей не расколоть.

— Пять минут, Пирогов. Потом нужно решать, что делать с пациентом, — нахмурился он.

— Разумеется.

Я почти бежал по лестнице вниз. Первый этаж — приемное отделение. Цокольный — хозяйственные помещения. Подвал — морг.

Проводить ритуал повышения уровня, когда в здании полно инквизиторов — чистое безумие. С другой стороны, если не сбросить давление прямо сейчас, может произойти спонтанный выброс. А это гарантированное разоблачение.

Покалывание в груди усилилось. Сосуд трещал по швам от избытка Живы.

Нет выбора. Либо контролируемый ритуал в морге, либо неконтролируемый взрыв посреди больницы. Первое опасно, второе — смертельно.

Морг встретил меня привычной тишиной и холодом. Температура — плюс четыре градуса. Влажность — семьдесят процентов. Идеальные условия для хранения тел.

Три ряда каталок, накрытых простынями. Судя по биркам на ногах — двенадцать «клиентов». Вчерашние и позавчерашние поступления.

Запах формалина и хлорки забивал ноздри. Тусклый свет единственной лампы под потолком создавал длинные тени.

Никого. Доктор Мертвый ушел на обед — на двери висела табличка написанная от руки «Вернусь в 14:00». Санитары тоже отсутствовали.

Отлично. Минимум полчаса в моем распоряжении.

— Нюхль, ко мне, — прошептал я.

Воздух задрожал, и костяная ящерица материализовалась на моем плече:

— Ших?

— Будешь якорем для ритуала. И часовым. Если кто-то пойдет сюда — предупреди, — велел я.

— Ших-ших!

Нюхль спрыгнул и побежал к двери, заняв позицию наблюдателя.

Я огляделся, выбирая место.