Очнулся я только от рокота мотора подъехавшей машины, из кабины которой вылез ротный и стал подниматься к нам. Все сразу как-то подтянулись и зашевелились, наш летёха подбежал с докладом, но капитан только махнул рукой, сам осмотрел оборудованные позиции, похвалил всех, толкнул речь минуты на три, велел забрать из полуторки всё привезённое трофейное оружие и боеприпасы, а девчатам собираться, и пошёл поговорить с сельскими мужиками. Пока комроты разговаривал, мы прощались: я и она, мужчина и женщина, воин и та, кого он обязан был защитить. Хитрый «старикашка», этот Егор Сергеевич, сделал то, чего не сделала бы и сотня комиссаров с их речами и лозунгами. Он показал бойцам тех, за кого они должны сражаться и побеждать. Не умирать смертью храбрых, а убивать врага и любой ценой не пропустить его через свою позицию к этим девчонкам. Лишь на мгновенье оторвав свой взгляд от её глаз, я увидел такие же прощающиеся пары. Я уже не помню, что она мне говорила, точнее не вникал в смысл слов и фраз, что-то отвечал невпопад, я просто наслаждался, журчанием её голоса, держал за руки и молился, чтобы это никогда не кончалось…

Но всё хорошее заканчивается слишком быстро, загудел клаксон автомобиля, Алёнка встрепенулась, достала что-то из нагрудного кармана, сунула мне в руку и, чмокнув в щёку, собралась убежать, но кто же её просто так отпустит. Прижав её всем телом к себе, я впился в эти манящие, как спелые яблочки, налитые губы страстным поцелуем, и только после того, как девушка начала отвечать, отстранился от неё и со словами «я обязательно вернусь» повторил пройденный урок. Чуть не задохнувшись, мы отлипли друг от дружки. Сказав на прощание «я буду тебя ждать», Алёна убежала к машине. Я посмотрел ей вслед, потом разжал ладонь и увидел там небольшую медную ладанку с изображением Георгия Победоносца. Убрал подарок в левый карман гимнастёрки, хоть я и не Георгий, но победа в предстоящем бою нам не помешает…

Помахав на прощанье руками и платочками, девчата укатили, бойцы же пошли разбирать трофейное оружие, а его было богато. Пока мы непонятно чем занимались на своей высотке, местные подростки под руководством бойцов из нашего технического замыкания обшарили всё поле боя и собрали трофеи. Техник-сержант сразу сортировал всё это и складывал в газик. Первую партию отвезли бойцам, обороняющимся по опушке леса, а всё что осталось, привезли уже нам. А осталось прилично: два ПТР, три ручных пулемёта, десяток карабинов, ну и гранаты с патронами уже россыпью в разных ящиках. Из трёх пулемётов два были немецкими МГ-34, а один наш ДП-27 (видимо остался от диверсантов), привезли так же запасные ленты и диски к пулемётам. Основную огневую позицию для своего орудия мы отрыли на самой вершине холма, но ближе к левому флангу, запасную — на правом. Здесь же окопались бойцы расчёта станкового пулемёта, имея сектор обстрела по фронту, а также прикрывая нас с правой стороны, если противник пойдёт в обход и ударит по нам. С тылу же под самой высотой, расположились почти все наличные бронесилы, два танка Т-38 и затрофеенный БТР, ещё две танкетки находились в боевом дозоре.