А потом, подумав, сделал соответствующий жест рукой и сказал:

— Рот фронт!

Аккуратно свернул снятую форму, уложил её в ранец и, развернувшись, ушёл. Изумлённые же его красноречием немцы, ещё долго глупо улыбались, и благодарили своего немецкого бога за подаренную жизнь, и даже не помышляли о том, чтобы подать петицию в Гаагу о нарушении прав и издевательствах над военнопленными. Правда, из всей пламенной речи они поняли только крылатое выражение «рот фронт» но то уже не важно, «главное, чтобы костюмчик сидел». А сидел он почти идеально, и когда сержант Филатов переоделся в свой «маскарадный костюм» и, подобрав все необходимые атрибуты немецкой офицерской формы, предстал перед нами во всей своей красе, я был в восторге от увиденного! А после того, как он сказал какую-то фразу на чистом немецком языке, вообще выпал в осадок, и ляпнул «Штирлиц ты наш!» Слава богу, этого никто не заметил, да и проговорил я это негромко.

Полюбовавшись на советского сержанта, а теперь уже на немецкого лейтенанта, мы продолжили нашу подготовку к представлению. В кузов немецкого грузовика (а стоял он задним бортом к противнику) мы положили несколько мешков с землёй и установили там трофейное противотанковое ружьё. Это на тот случай, если впереди основной колонны фрицев будет дозор на бронетехнике. Если же впереди будут тяжёлые броневики или танки, то наше представление отменялось, и в дело должны были вступить большие дяди с большими стволами, то есть наши сорокапятки и, подпустив гансовскую броню на триста метров, расстрелять их с этой дистанции. Закончив подготовку, мы установили свой трофей рядом с грузовиком, но на полкорпуса впереди, окончательно перекрыв дорогу. За пулемётом был дядя Фёдор, который по такому случаю надел на себя фрицевский китель, а на голову нацепил немецкую каску. Я занял своё место в кузове грузовика, приготовив к бою свой автомат, а также ПТР, и стал поджидать противника.

Через четверть часа на связь вышел танкист и передал, что в нашу сторону движется колонна немецких мотоциклистов. Сообщив эту весть нам, и приказав приготовиться к бою, капитан Алексеев уехал на полуторке на левый фланг, чтобы руководить боем основных подразделений. Старшим же на высотке остался наш взводный, лейтенант Иван Мельников, мы же, закончив операцию «ы», должны были вернуться к себе на позицию. Итак, все актёры на местах, роли распределены, зрители в зале и на галёрке приготовили свои винтовки и пулемёты к встрече незваных гостей. Которые не заставили себя долго ждать. Буквально через пять минут после сообщения Васи о противнике послышался треск мотоциклетных моторов, и показались мотогансы в трёх экземплярах, скорее всего дозор, потому что остальные «байкеры» ехали на некотором удалении от них. В ста метрах от моста им пришлось снизить скорость и аккуратно пробираться по трассе через искусственные препятствия, «чисто случайно» валяющиеся на полотне дороги. Это мы там заранее разбросали по асфальту всякий железный хлам от разбитой техники фрицев. Вот по этому «минному полю», и пришлось ехать разведдозору немцев, а когда они подъехали ближе к нам, то навстречу им вышел наш «Штирлиц», и жестом гаишника, подняв вверх правую руку, приказал мотогансам остановиться.