Однако, если не привередничать, то неспешно бродить по Вологде интересно и познавательно. Посмотришь на старинные здания, на церкви, которых в нашем Череповце почти не осталось. В областной столице их тоже поносили,но кое-что уцелело. Вологда, как-никак, и до революции был губернским центром и, в отличие от нашего уездного городка, населения здесь было побольше, значит, и церквей требовалось изрядно.

Еще интересно — что здесь не так в сравнении с моим прошлобудущим? На площади Революции памятника Василию Белову еще нет, но пока и рано. Белов еще не считается классиком русской литературы. А вот «зуб Дрыгина» уже стоит, а в мой прошлый приезд на сессию его не было[2] .

Подумалось — чего мне не хватает на Кремлевской площади? Кремль стоит, София на месте, колокольня тоже. Даже храм Александра Невского никуда не делся. А, вспомнил! Нет памятника Константину Батюшкову с лошадью. В Вологде этот памятник именуют «Памятник лошади Батюшкова»[3] .

Так что один я ещё, может быть, и погуляю среди историко-архитектурных ценностей, а вот с Ниной уж лучше мы приедем сюда летом. Побродим, полюбуемся, а вечером отправимся к моим родителям.

А в Вологодской картинной галерее я бывал нечасто. Как же не сходить и не посмотреть на свои любимые картины? Например — на «Незабудки» Джанны Тутуджан? Картина, где на фоне бревенчатых стен русской избы изображены трое: старуха, молодая женщина и девочка-подросток.

Да, а куда девался «Новый день» Яна Крыжевского? Та самая, которую называют символом пасхального соцреализма? Как нам рассказывала экскурсовод — на картине изображена девушка-строитель, сидящая на бетонном блоке на фоне стройки. Вроде, соответствует духу социалистического реализма — строитель светлого будущего. Но если присмотреться, то разглядишь, что в руках у девушки веточки вербы — символ Пасхи. А бетонные блоки похожи на распятия или кресты.

В той далёкой будущей жизни мы с Ниной специально ездили в Вологду, чтобы побывать в новом здании картинной галереи. Точно помню, что картина была.

Межсессионка, между тем, шла своим чередом. Главный наш предмет, разумеется, история КПСС. В прошлый наш приезд был зачет — поставили всем «автоматом», а тут уже полагается экзамен. И что, я не расскажу про II съезд РСДРП, о программе максимум и программе-минимум? О расколе партии на большевиков и меньшевиков? Фи… А вот второй вопрос посложнее, потому что нужно говорить о программе коллективизации. Здесь, дай бог, чтобы не занесло куда-нибудь не туда. За последующие-то годы много поизменилось в оценке этого явления, и много чубов повыдрано с корнем в пылу полемики. Не ляпнуть бы чего-нибудь из ныне пока не известного.