Жека убедился, что я переварил сказанное и задал сакраментальный вопрос:

— Лёха, ты бы поверил в эту галиматью?

— Не-е, — протянул я.

— Вот и я не поверил, — согласился со мной Жека. — Как же, с «гражданином» она фотоделом занимается. Какая идиллия! Понятно, чем они там при красном фонаре занимаются.

Дружок мой остановился, удивлённый собственными словами, потом хохотнул:

— Как это у меня ловко про красный фонарь-то получилось, а? Да, так вот. Дамочка эта себя так и не назвала, только одно твердит: я чувствую — с ним что-то случилось, надо его найти. Я ей, конечно, с три короба наговорил, что и ориентировки дадим, и морги с больницами проверим, а чтобы официально в розыск объявить, вы родственникам скажите — пусть сами приходят. А то может он дома с гриппом валяется, а вы тут шумиху подняли.

Я Женькины действия одобрил. Не любим мы заявления о без вести пропавших, БВП, если коротко. На четыре пятых это пустые хлопоты. Возни много, а толку — чуть. Ноги бывает до задницы стопчешь в поисках, горы бумаги на запросы изведёшь, а потом оказывается, что разыскиваемый и не пропадал никуда. Уехал по какой-то надобности, да близким сообщить об этом забыл.В результате обе стороны недовольны друг другом: мы за то, что нас отвлекают от реальной работы, которой и так хоть отбавляй, заявители — за то, что мы плохо, по их мнению, ищем.

А Жека продолжил:

— Ты бы видел, как она на меня зыркнула, когда я про родственников-то сказал. На том и распрощались. Смотрю ей вслед в коридоре — опять шествует, как будто гвоздь во весь позвоночник. Интересная особа. Я — в дежурку, говорю Красюку — всё, стряхнул я её, и отметок делать никаких не надо. Было — и нету! Так представляешь, этот гад вместо того, чтобы спасибо сказать, и заявляет: а я уже в рабочую тетрадь запись внёс, так что с тебя как минимум рапорт о проделанной работе. С такими дежурными и прокуратуры не надо — сами на себя неприятностей нагребём. Ну я ему и оторвался — такую рапортину накатал! И даже версию изложил, что заявительница, личность которой установить не представилось возможным, совершила убийство гражданина Комарова из-за украденного фотоаппарата и теперь предпринимает шаги по отведению подозрений от собственной персоны. Дурь полнейшая, конечно, но посмотрим, как Красюк теперь будет завтра дежурство сдавать с этим рапортом.

Жека довольно рассмеялся, и я решил к этому процессу присоединиться.

— А ты не добавил ещё одну версию — что его грохнула жена, узнавшая про шашни своего супруга?

— Да хотел было, — согласился Жека. — Только ведь по рапорту всё равно не Красюку придётся работать. Получит своё утром за то, что ничего по этому факту не сделано, а потом ведь его кому-то из наших отпишут. Зачем ребят бесполезной работой обременять?